Ангел

В общем, почитав про странствия Заратустры, я перешёл к Ремарку. И так пошло-поехало.

Сейчас мне больше всего нравился Гюго. Его романы были полны истиной литературной красоты… Ладно, вернёмся к полке. О, вот эту серую потёртую книжку знаю – Жюль Верн, «Таинственный остров»; на обложке большой воздушный шар. Так, а это что? Насибов «Безумцы» – на обложке

суровое мужское лицо. Синяя книжка – во всю обложку: «Самолёты Страны Советов». И ещё много книг, о которых я и не слышал. Перебрав ещё с минуту полку, я выбрал себе чтиво – тоненькую зелёную книжку c подклеенным скотчем корешком: «Откровенный разговор».

Там же на обложку вынесены вопросы: «Для чего мы живём?», «Что мы можем?», «Мужская работа», «Ты и она». Написал её Юрий Андреев – тоже неизвестный мне писатель… Но почему же неизвестный? Такие темы. Вечные…

Плотный шум всё ещё стоял на этаже. Я сбросил взгляд с полки с книгами в сторону стола. Один из хохмачей надрался и стал барагозить. Его обступили ребята и начали успокаивать.

В особенности именинник – сегодня он не похож на офисного менеджера, сегодня он выглядел как рефери на спорном матче.

Повезло – кожаный диван свободен. Все заняты дебоширом. Прихватив «Откровенный разговор», не обращая внимания на окружающий галдёж, я присел почитать. В начале книги приводится тезис: игра в шахматы есть сама жизнь. Отстаивая короля, ты отстаиваешь свой основной жизненный ориентир. Можешь дать в жертву пешек и даже ферзя. Можно потерять всё, но не короля.

Я с вниманием учёного перечитывал этот принцип, дабы тот основательно отложился в голове. Но тут же ощутил чьё-то присутствие. Вот так никому не мешаешь, а кто-то приходит и портит весь настрой. Я глянул вправо – в сторону шевеления на диване – и смутился: рядом со мной сидела светловласая особа. Я сразу же вспомнил её, да и трудно забыть такую королевскую осанку. Она работала со мной в одной компании. Встречалась на лестнице и пару-тройку раз во дворе здания организации. С невообразимой грацией и одновременно простотой она держала в руке яблоко.

Тонкие пальцы другой руки были заняты журналом с фотографиями картин современных художников. Её шея и гладкий овал лица походили на талантливую работу скульптора. Светлые прямые волосы были собраны на затылке в хвост. Добавьте к увиденному алебастровый цвет лица, лёгкий румянец, какой бывает только у блондинок, и абсолютно правильные черты лица. Весь её вид казался отголоском античности.