Палач и Шут

Князь пригубил, терпеливо дожидаясь пока граф придет в себя.

– Право смешно, – всхлипывая, наконец, заговорил Пал.

– Не такой уж я и кровожадный, – оправдался Влад. – Вы же сами видели. За двенадцать лет проведенных в заточе …, – мужчина вовремя осекся, – в башне, я и мухи не обидел. О каких кольях они говорят?

– Да, да, – согласился Кинижи, – эти сказочники в рясах прозвище вам дали. Цепеш – Колосажатель.

– Именно, – Влад усмехнулся.

Перед его взором всплыл образ брата. Когда речь заходила о кольях, князь всегда вспоминал Раду.

– Проклятые турки, – сказал он тихо.

– Турки? – переспросил Пал.

Князь растерялся. Он совсем не хотел произносить эту фразу вслух. Иногда с ним такое случалось. Кто-то другой неожиданно занимал место в его голове.

– Да, – попытался объяснится Влад. – Все из-за них. После Ночной Битвы ущемленный Мехмед не нашел лучшего оправдания своего позора. Это же от него пошли небылицы про то, как я …

Князь замолчал. Рот наполнил привкус меди.

Голова приятно закружилась. Сознание вдруг вернулось во вражеский лагерь. Крики, стоны, проклятия. Кровь. Всюду кровь. Он видит, слышит, чувствует.

– Разгрызали им глотку и пили кровь, – подсказал Пал.

– Что? – спросил Влад, вернувшись в реальность. – Простите. От многих лет одиночества я привык внимательно относится к собственным воспоминаниям.

– Ну, – граф снова наполнил кубки, – я о слухах. Мол вы своим врагам разгрызайте глотку, как зверь. По мне, князь, эти слухи лишь добавляют воину доблести.

Влад пожал плечами. Ему было все равно что о нем говорят другие. Иногда, казалось он умер. Давно умер. И все что происходит вокруг, на самом деле, происходит с его тенью.

– Кстати, о доблести, – продолжил граф. – Признаться, мне безразлично что о вас говорят. Я видел вас в бою. Давайте выпьем за вас!

Осушив очередной кубок, генерал снова крякнул:

– Хорошо! В приятном обществе вино вкуснее. О чем я? Ах да. Я снова говорил с королем Матьешем.

Признаться, после вашего венчания с его кузиной, с Илоной, я уже было решил, что валашский трон у вас в кармане. Не с проста король решил породниться. Но, увы … Вы знаете, как на него влияют эти умники? Да простит меня господь. Не знаю, может они действительно ученные, а по мне так шарлатаны. Один этот чародей Янош, как его? – алхимик, чего стоит. Эх!

Пал вздохнул и снова взялся за графин.

– Благодарю вас, господин Кинижи. Мне лестна ваша симпатия.