Гвардии майор

Подбодрённый такими мыслями он твёрдым шагом прошел в свой кабинет и послал слугу в квартал наёмных убийц…

– …Ну, Исаак, Ты решил? – монах смотрел на молодого человека с легкой улыбкой.

Солнце ещё не взошло, а юноша уже стучал в дверь его комнаты.

– Решать нечего, святой отец! За меня всё решили!

– Зачем ты тогда пришёл?

Исааку показалось, что отец Андре всё уже знает, но не считает нужным показать ему это. Он судорожно вздохнул и ответил:

– Я хочу воплотить в жизнь решение. Только своё, а не отцовское.

– Похвальное мужество, – монах внимательно смотрел на него, словно пытаясь проникнуть в самое сердце молодого еврея, – но ты всё обдумал как следует? Осознаёшь ли ты все последствия этого шага? Ты ведь знаешь к чему это приведет. От тебя отрекутся родные. Тебя предадут анафеме. Скорее всего, тебя попытаются убить.

– Благодарю вас за поддержку, святой отец, – криво усмехнулся Исаак, – но можете не стараться. Я лучше вас знаю, что мне грозит.

– Хорошая идея, я её обдумаю, – кивнул отец Андре.

– Это не идея, – удивленно отозвался Исаак, – это цитата из Талмуда.

– Я знаю. Но для нас это лазейка. Над тем, кто умер, смертные не властны. Но об этом позже. Через месяц или чуть больше я уезжаю. И, как я понимаю, ты по собственной воле едешь со мной.

– Я не откажусь, отец Андре, не надейтесь. К тому же я уже всё решил, и выбора у меня больше нет.

– Выбор есть всегда… – начал его собеседник.

Тут их прервали. К монаху торопливо подошёл какой-то оборванец и, почтительно поклонившись, протянул ему маленький свиток. Едва заметно поморщившись, монах взял послание и небрежно кинул на стол мелкую монетку. Когда тот ушел он прочёл письмо и заметил:

– Твой выбор только что заметно расширился. Теперь тебе предстоит выбирать не только между свободой и общиной, знаниями и догмами, но ещё и между жизнью и смертью. Твой отец, в настоящее время, договаривается с наёмниками.

Юноша побледнел, а монах добавил:

– Если ты не передумал и идешь со мной, я смогу защитить тебя. Но…

– Я согласен! – твердо ответил Исаак.

– Это хорошо. А теперь запомни. Раз ты окончательно всё решил, то с этой минуты ты будешь слушаться меня беспрекословно. Во всяком случае пока не минует опасность. И ещё – не перебивай меня.

Исаак только приложил руку к сердцу и поклонился.