Черная Роза

Если бы она вдруг выпрыгнула из-за угла в набедренной повязке и начала танцевать ламбаду, Антон с Милашей её вряд ли бы заметили. Эти двое смотрели только друг на друга, и их, по видимости, не волновало, что происходило вокруг. Причём, за один вот такой взгляд Диана бы отдала половину собственной души.

Глухая злость на весь мир вспыхнула в душе девушки, и она, резко оттолкнувшись от стены, быстрым шагом направилась к гардеробу.

«К чёрту познание мира со всеми его основами! – думала Диана, рьяно натягивая на себя куртку, – К чёрту Антона и его выдру! К чёрту всех!»

Девушка отпихнула с дороги попавшегося под руку Роберта и выскочила на улицу.

Вдохнув влажного тяжёлого осеннего воздуха, она немного успокоилась. Тянущее чувство чуть отпустило, и Диана медленно побрела через парк, в сторону набережной.

Мокрые скамейки уныло стояли в лужах, небо над головой теряло редкие капли, и они падали на землю с тихим звуком. Увядающие, жалкие деревья стояли безмолвными изваяниями по обе стороны асфальтовой дорожки, навевая тоску и жалость.

Диане всегда почему-то было жалко деревья, которые были вынуждены вечно стоять на одном месте, под проливным дождём или палящим солнцем.

Всё случилось так быстро, в одно мгновение её оптимистичный настрой на жизнь развеялся, и теперь казалось, что утро было в прошлой жизни.

Внезапно Диане вспомнился тот лукавый взгляд, который Антон подарил ей в перерыв. Теперь она понимала этот налёт интереса и предвкушение скорой забавы, промелькнувшие в его глазах.

Девушка резко зажмурилась, отгоняя волну гнева.

– Почему? Ну почему она? – чуть слышно спрашивала Ди кого-то, пиная опавшую листву носком туфли, – Два года продолжалась наша детская возня. Два года он слал мне лукавые улыбочки, приглашал на танец на дискотеке, благодарно целовал в щёчку, когда я ему помогала с уроками. Целых два года он держал меня как жука на ниточке – вроде бы и крылья свободны, но не улететь. Я столько сделала для него, а тут всего за один день всё решилось!

Маленькая старушка, проходившая мимо, с сочувствием взглянула на расстроенную девушку с налипшей на туфли листвой.

Должно быть, услышала её бормотание.

Диана смутилась и ускорила шаг.

Перейдя несколько улиц, она вышла к берегу реки.

– Невезуха, – пробормотала она, подходя к светло-голубому бортику, окаймляющему набережную по всей длине.

Девушка безумно любила это место. Вид широкой синей Волги действовал успокаивающе.