На грани

Филипп продолжал держаться и они закружились в ледяном потоке. Сил уже не хватало и пальцы сами разжались. Тело в мгновение исчезло. Ветер стих, свет погас и настала тишина.

Троица лежала без сознания, в паре метров друг от друга. Не менее получаса понадобилось каждому, чтобы прийти в себя.

– Все в норме? – поинтересовался Потап.

– Я не смог, – печально резюмировал Филипп.

– Этот выход принадлежал только ему, Угару, – удивил военный.

– Черт, как, так не бывает, а мы, как же мы. Слышь ублюдок, гребанный Всевышний, нас вообще ни во что не ставишь, – кричала Лия, стуча кулаками по стене.

– Все тоже самое, – задумался Потап и вернулся на место.

Мужчины расположились на полу и молча наблюдали за девушкой. Она продолжала колотить по металлу и вопить во все горло.

– Видимо только так нам всем суждено выбраться, – шептал Потап.

– Умереть, чтобы выжить, – закончил фразу Филипп.

– Именно, но как это сказать ей…

Глава 11

Угаром он был не всегда, да и лысым тоже.

Пареньку с детства не везло. Родителей лишили родительских прав из-за пьянок, а других родственников не нашли. Мальчишку пяти лет передали на воспитание в детский дом «Ромашка», подальше от родного города. Три дня пути, и Сибирь встретила его морозным, отрезвляющим воздухом. Укутанный в бесформенный тулуп и в валенках, он медленно брел за двумя полными барышнями, под весом которых и каблуки то не выдерживали.

Пятнадцатого декабря 2014 года, началась его новая жизнь. Двери казенного детского дома, распахнулись со скрипом, который он помнил всю последующую жизнь.

Лицо воспитательницы и грымзы директора, впечатались в память навсегда.

– Господи, – взвизгнули женщины, посмотрев на новичка, – какое безобразие.

Директриса стянула шапчонку, под ней оказались солнечно рыжие кудряшки, достающие до плеч.

– Как звать то тебя чудо-юдо, – нагнулась вторая, улыбаясь прогнившими зубами.

– Семен, – прячась за сопроводительниц, ответил паренек.

– Пошли, подстрижем тебя, накормим и отведем к остальным.

Тот день и оказался последним спокойным в его жизни. Следующее утро началось необычно. Мальчишку скинули с постели и обвинили в ночном издевательстве над соседом по койке. Семена заперли в подвальном помещении, где он и стал проводить большую часть времени. Терпение лопнуло именно в тот самый момент, когда несколько выпускников детского дома избили его до полусмерти на пятнадцатилетие. Тот день рождения и стал роковым.