Мажор и простушка

Мужчина с трудом хлопнул ладонью по краю кровати, смотря на Олега.

Парень послушно подошел к отцу и присел на стул. Позади выстроились матушка и сестра. Воцарилось минутное молчание. Они смотрели друг на друга, не произнося ни слова, пока дверь снова не распахнулась, и в помещение вошел давно знакомый семейный адвокат с папкой в руках. Стелла Ивановна положила руку на плечо сына и крепко сжала, склонившись над ухом.

– Время пришло, Олежа.

– Маман. Вот сейчас самое время прикрыться платком и поныть, вам не кажется, – шепотом дерзил парень.

– Идиот, – снова встряла Юля, демонстративно закатив глаза.

– Костя!

Не растерялась Стелла Ивановна и зарыдала во весь голос, упав перед кроватью на колени и склонившись. Олег едва держался, чтобы не расхохотаться в палате умирающего отца. Юля же стояла, строя недовольную, вроде как огорченную гримасу.

– Семен, – еле слышно проговорил умирающий. – Прошу, начинайте.

Адвокат встал у ног пациента, неспешно достал из черного чемоданчика тонкую папку с документами и начал читать.

– Завещание. Я, Богатов Константин Витальевич, находясь на излечении, настоящим завещанием на случай моей смерти делаю следующее распоряжение:

Все имущество, которое принадлежит мне по праву собственности на день моей смерти, завещаю своему сыну Богатову Олегу Константиновичу, – адвокат умолк.

– Но, папа.

Напряженное молчание перебила Юля, выпучив глаза на больного отца. Тот не смотрел на нее, не отрывая глаз от сына. Олег же понимал, что все не так просто, и молча ждал продолжения.

– Семен, – умирающий шепотом поторопил гостя.

– Но только в том случае, если он перестанет вести разгульный образ жизни и возьмется за ум. Богатов Олег Константинович должен жениться в течении месяца, обзавестись потомством в течении года и обеспечить матери моей жене Богатовой Стелле Ивановне и своей сестре Богатовой Юлии Константиновне достойное существование в течении всей их жизни. В случае нарушения любого из пунктов завещания, Богатов Олег Константинович лишается всего имущества в пользу своего дяди Богатова Василия Витальевича.

Настоящее завещание составлено и подписано в двух экземплярах, один из которых направляется на хранение нотариусу, а другой выдается завещателю.

Палата погрузилась в гробовую тишину. Только тяжелое дыхание пациента легкой вибрацией доносилось до слуха присутствующих. Даже Стелла Ивановна перестала плакать, позабыв о трагичности момента. Юлия не отрывалась от отца.