Особняк с видом на счастье

Как сказал доктор, смерть наступила в результате сердечного приступа.

В ту ночь никто не ложился. Пришли женщины прибирать усопшую, готовить её к похоронам. Евдокия молилась перед образами, Тася рыдала, не переставая, братишка был рядом с ней, пытался утешить. Он как-то сразу повзрослел. А мы с Захаром спустились в лавку и долго разговаривали. Я рассказала ему всё: кто я такая, как попала в их дом, и кто виноват в гибели его жён и ребёнка. Захар выслушал страшный рассказ, не проронив ни слова. Когда я закончила, он ещё немного помолчал и неожиданно спросил:

– А как тебя зовут по-настоящему?

– Матильда, – несколько удивлённо ответила я.

– Тоже неплохо, но всё-таки Матрёна тебе больше подходит, Красивое имя. А сколько я тебе должен? Я заплачу, ты ведь выполнила свою работу.

– Нет, – отрезала я, – деньги можно брать только у того, кто заказывал расследование. Я не могу взять деньги у вас, Захар, вы меня не нанимали.

Захар выглядел очень расстроенным и сказал немного невпопад:

– Дуне я всё скажу, а детям нет.

Я ответила, мол, правильно, но про себя подумала: вряд ли получится всё скрыть от детей, столько событий, требующих объяснения, произошло за последнее время в этой семье. Тася уже совсем большая, да и Николка уже очень многое понимает. Но это была уже не моя забота, в семье сами разберутся, кому о чём поведать и как жить дальше.

Ранним утром я покинула дом, в котором меня принимали достаточно гостеприимно.

Прошла неделя. Утром за завтраком я услышала, как Антип кричит на кого-то перед домом. «Твою ж дивизию! Ты бы ещё на своей кобыле на крыльцо заехал! Совсем мозгов нет?!» Набросив на плечи шаль, я выскочила на крыльцо и увидела подводу, нагружённую мешками. Около лошади, а это была Чешка, стояли Захар с Евдокией.

– Это что такое? – удивилась я.

– Это сахар, мука, крупы разные, – начал перечислять Захар.

– Зачем?!

– Чтобы съесть, – спокойно ответила Евдокия. Захар улыбнулся и мягко добавил:

– Вот вы денег не взяли, поскольку мы не заказчики, а ведь, если бы не вы, один бы из нас сейчас в остроге сидел, а другой и вовсе был на кладбище.

А Евдокия добавила:

– Вот закончится траур, и мы вас на свадьбу Таси и Ивана, моего брата, пригласим.