Особняк с видом на счастье

Даже не взглянув на меня, девушка капризно спросила:

– Где маменька?

«Надо же, мачеху маменькой зовёт», – отметила я про себя.

Отец ответил:

– Во дворе товар принимает.

– Товар, какой ещё товар?! – с ужасом проверещала Тася.

– Ну, обыкновенный, крупы всякие рис, пшено.

– Пшено?! – продолжала возмущаться девушка. – Какое может быть пшено, когда мы договаривались пойти к меховщику. Его дочь Лялька сказала, что привезли горжетки из голубого песца.

– Доченька, – мягко начал Захар, – тебе шубу справили недавно, зачем опять к меховщику?

– Так-то шуба, а это горжетка к синему бархатному платью, если в театр пойти или с визитами!

– Хорошо, идите, только найди, пожалуйста, Николку, пусть поможет товар принять.

И тут Тася, наконец, подняла на меня глаза, как офицер на поле боя, зычно отдала команду: «За мной!» и устремилась вверх по лестнице, я со своим узлом еле успевала за ней.

На ходу, точнее на бегу, она просила меня:

– Кинешма это где?

– Почему вы об этом спрашиваете? – удивилась я.

– Так вы же оттуда приехали.

– Я из Коломны.

– А это где?

– В Сибири, – ядовито прошипела я. Тася моей иронии не поняла:

– В Сибири холодно, и там носят двойные шубы. К моей подружке Аньке приезжала родственница в такой шубе. Голубая сибирская белка снаружи и рыжая лиса внутри.

– У меня тройная, – гордо произнесла я.

– Везёт, – с завистью сделала вывод моя спутница.

Мы пришли в маленькую комнату, которую захотелось назвать светёлкой. Железная кровать с вышитым покрывалом и целой горой подушек. Всё выглядело уютно и очень опрятно. «Вот ваша комната. Бабушка у Борисовны, соседки, скоро придёт. Обед через два часа вон там», – Тася сделала неопределённый жест в сторону коридора и ускакала как молодая козочка. Я, слегка озадаченная происходящим, присела на кровать и вдруг ни с того ни с сего подумала, что я счастлива, и моя интересная работа даёт возможность проживать много разных жизней, хоть и коротких, но очень интересных.

Глава 3

За обедом я увидела всю семью. Мачеха поразила меня ещё больше, чем падчерица. Она совсем не походила на горничную докторши, на саму докторшу она больше походила, или на учительницу, на стенографистку из юридической конторы, наконец.