Ревизор: возвращение в СССР 14

– Сколько? – как о само собой разумеющемся спросил механизатор.

– Сколько? – тут же переадресовал мне вопрос старый.

– Бак под завязку и канистру двадцать литров. – ответил я.

– Дома столько нет. – с удивлением посмотрел он на меня. – Ничего не путаешь? Соляру в «Победу»?

– Экспериментальная… – развёл я руками.

– Надо до гаража доехать. – сказал Борис и скрылся в доме.

– Куда он? – не понял я.

– Может, переодеться, может, за ключами какими. – отмахнулся дед. – Откель я знаю?

– Да, немногословный товарищ.

Вскоре сосед вышел одетый в то же самое. Может просто жену предупредил, что отъедет.

Мы пошли к машине, хорошо, ключи от неё в кармане остались лежать, время тратить не пришлось, за ними бегая. Довез соседей до конца деревни. Там, за небольшим лесочком располагался колхозный «гараж», огромная СТО.

– Сейчас налево и вон к той бочке. – показал мне Борис на огромную цистерну.

Мы вышли из машины, откуда-то выскочили собаки и начали нас очень агрессивно облаивать.

– Верный! Мля! Свои! – уверенно рявкнул на самого крупного пса Борис, и все собаки резко утихли, продолжая крутиться неподалеку, повиливая хвостами.

Механизатор по-хозяйски подошел к цистерне, подставил видавшее виды ведро и открыл кран.

Боже. Целая цистерна соляры. И охраняется одними собаками. Первый раз такое вижу. Хотя… СССР все же. Этого добра навалом.

– Воронка есть? – спросил Борис.

– Воронки нет. – с досадой ответил я.

– Ничего, сейчас что-нибудь найдём.

– Обмой солярой из бочки. – подсказал Трофим.

Мать моя женщина! Они открыли кран цистерны и сполоснули воронку солярой, которая стекала прямо на землю.

Потом ведром аккуратно наполнили мне канистру, подставив её под включенные фары. Потом также ведром заливали в бак. Всё боялся, что перельют и вся машина будет в соляре, но вроде обошлось.

Приехали обратно, дал Борису трояк за хлопоты. Тот был доволен.

– Спасибо.

– Обращайся. – гораздо приветливей ответил сосед и пожал мою руку.

А мы с Трофимом пошли к нам.

– Слушай, а ничего, что они с нами полаялись в прошлом году? – спросил его. – Не подставят меня никак с этой соляркой?

Трофим аж остановился, так опешил.

– Да ни в жисть! Бабка твоя тут живет, в колхозе работает, так что ты теперь все равно что свой. А своих у нас в деревне нельзя сдавать.