Ревизор: возвращение в СССР 13

Проводил Родьку и, вернувшись домой, застал жену в странном состоянии. Удивление на её лице было таким, как будто она с инопланетянами повстречалась.

– Что случилось? – спросил я с порога.

– Римма Сатчан только что звонила. – ответила Галия таким тоном, как будто сама себе не верит.

– И? – потребовал я конкретики.

– Извинилась.

– И всё?

– Всё.

– Муж заставил? – предположил я. – Или папа-министр?

Галия пожала плечами.

– Говорила, вроде, искренне. Не так, как будто кто-то заставил.

– Неожиданно. – признал я, усаживаясь за стол на кухне. – Хотя, в свете того, что я сегодня узнал…

– Что узнал? – заинтригованно спросила Галия, поставив передо мной тарелку с яичницей и сосисками.

– Секретарша Сатчана позвонила Римме и рассказала ей историю, будто ты его любовница, и он тебя в Москву за собой из Святославля притащил, а меня для отвода глаз уговорил на тебе жениться. Похоже, влюбилась в него и хотела его развести.

– Что-о-о?!

– Да-да. Представляешь, какая фантазия у девушки.

– Да я ей… – Галия покраснела от злости.

– Брось. – обнял я жену. – Сатчан её уже выгнал. Отложи томагавк в сторону, скво, скальп сняли за тебя.

– Поторопился! – воинственно ответила жена.

Рассмеялся, глядя на её решительный вид.

– Ладно, дорогая. Всё хорошо, что хорошо кончается. Римма извинилась. Уверен, ей не просто было это сделать. Простим её?

– Простим. – согласилась Галия. – Раз ее саму подставили, то ладно, можно понять. Да и мне было очень жаль, что мы с женой Паши не нашли общий язык.

Галия ушла читать в спальню, а я засел за конспекты на кухне.

Не прошло и двадцати минут, как в дверь постучали.

На пороге стоял Иван, под глазом фингал. В одной руке бутылка, в другой Линина записка.

Молча распахнул перед ним дверь, типа, заходи. Он благодарно кивнул и сел за стол, поставив передо мной бутылку коньяка.

Вышла жена. Ей одного взгляда на Ивана хватило, она нарезала нам домашней колбасы, хлеба, поставила передо мной рыбную консерву, положила открывалку и оставила нас.

Стаканы я сам взял. Налил Ивану, сам выпил символически для начала разговора. Но он не спешил передо мной душу наизнанку выворачивать. Положил передо мной записку.

– Как думаешь, это правда? – наконец спросил он.

– Не уверен. – честно сказал я.

– Вот и я так думаю. – сказал Иван, налил себе ещё и залпом выпил.

Он молчал. И я молчал, не зная, что ему сказать.