Кровавый бог

И стал прикидывать – сколько за него запросить у Манивальда?

Но размышления – размышлениями, а я двинулся в Бантосу. Там меня, едва я тихонько зашел в номер, чтобы никого не разбудить, встретила Адельхейд, про которую я думал, что она все еще благополучно спит.

– Трой, а куда ты уходил? – спросила она.

И тут же, не дав мне ответить, затараторила, что обычно ей было не свойственно:

– Я снова попыталась увидеть глазами Арпурета, что происходит в эльфийском лесу, так вот, он уже со своей армией вовсе не в лесу! Он вывел свои войска из лесу на равнину, и движется к Эилунеду! Я узнала эту местность! Войска его выглядят странно – какие-то все прокопченные, как будто с пожара вышли.

Я опешил. Надо же! Похоже, что эльфы все же решились использовать огонь в своем заповедном лесу! Ни в жизни бы не подумал, что они смогут нарушить это табу в борьбе с врагом, и даже как-то зауважал короля Ангэрэда, сумевшего принять такое тяжелое, но необходимое решение. Тем не менее, счел необходимым отписаться Манивальду по этому поводу.

Отправил письмо с информацией. Ответ пришел буквально в течение двадцати секунд, только и успел присесть на стул и налить себе кваса.

– Я знаю! Атакуем в течение получаса, если хочешь, присоединяйся!

Надо же! Генеральная битва! Но нужно ли мне в ней участвовать? Прежде всего, надо учесть, что магию использовать нельзя, кровавые колдуны обратят ее против меня же. А кто я без моей магии? Возможно, самый непрокаченный игрок среди всего альянса восьми кланов.

Далее – Арпурет умеет налагать очень неприятные дебаффы. Уж мне ли не знать, часть из них я разрабатывал вместе с ним. С учетом еще и этого мои шансы выжить стремятся к нулю.

А если к этому еще добавить возможность похищения со стороны Всеэльфийской лиги колдунов, и наличие в клане Манивальда сотен обозленных на меня игроков, которые запросто могут при удобном случае ударить в спину, чтобы расквитаться за мои проделки во время моей чрезвычайно добросовестной работы в качестве жреца кровавой магии, доставившей им много горя – то совершенно очевидно, что эта именно та битва, на которой мне точно нужно отсутствовать.

Поэтому я, повернувшись к Адельхейд, сказал:

– Милая, а у меня новый питомец! Глянь-ка!

И вызвал из интерфейса на стол свое меховое чудо.

Реликт сонно моргнул умными глазками, шлепнулся на попу, почесал мохнатой лапой свое розовое пузико, и зевнул.