Антидемон

Хотя, может, на это влияли и чувства поглощенной мной личности его сына.

– Эйсон, что это за история с какими-то таблетками от незнакомца? Ты понимаешь, что это опасно?

– Отец, неужели ты думаешь, что есть что-то опаснее, чем лежать парализованным до самой шеи, пока не помрешь?

Горус замешкался с ответом. Видно было, что он, узнав от слуги о произошедшем, уже заготовил для меня назидательную речь, вот только мой ответ его обескуражил. Жару добавила моя сестричка:

– На вкус эта штука противная, как самые что ни на есть обычные таблетки!

– Но все же почему ты решился на это? – не успокаивался отец.

Я сделал вид, что припоминаю. И только потом сказал:

– Понимаешь, хоть у него лицо и было скрыто маской, но манеры были такие, что не встретить в нашей глуши. Словно это очень высокопоставленный человек. Сомневаюсь, что у нас есть враги такого уровня!

Лицо Горуса на мгновение исказилось недовольством. Любому отцу не очень приятно слышать от сына, что его семья – птицы невысокого полета! Но, с другой стороны, возразить было нечего – мы обычная провинциальная семья, каких десятки тысяч.

Я понял, что высказался не совсем удачно, и продолжил:

– Я вообще не уверен, что в нашем городе есть маги такого уровня.

Отец принялся размышлять в тишине. Наконец он знакомо наморщил лоб – признак, что ему что-то пришло в голову.

– Возможно, какой-то великий маг из столицы посещал здесь анонимно могилу кого-то для себя близкого, расчувствовался и решил излечить первого увиденного им тяжелобольного? В память о своем родном или близком человеке?

– Ой, это было бы так красиво, так романтично! – оживилась моя сестренка.

– Главное, чтобы эти пилюли действительно помогли, – ответил отец.

– Кажется, уже помогают, отец! – сказал я – Я почувствовал большой палец на ноге! Шевелить еще не могу, но это впервые за все эти месяцы.

Черты лица услышавшего это отца исказились, и он молча выскочил из комнаты. Боится, что расплачется от радости при нас, понял я.

Палец у меня и в самом деле сводило судорогой.