Знойный Яниго

Какой он сейчас никто не знает.

– Одним словом мерзкий тип, – презрительно высказался в адрес уголовника Игорь. – Если он попадётся мне на глаза, то я обязательно познакомлю его со своим «дуло-дуло».

– «Коготь», несомненно, заслуживает твоего «дуло-дуло», – согласился с ним отец Янины, – осталось его только найти. Когда установим, где находится логово бандитов, мы проведём акцию устрашения активных членов этой банды силами нашего спецназа с целью побуждения их к отказу от дальнейших преступных намерений, вынашиваемых в отношении тебя и девушек.

– А разве не правильнее было бы всех их арестовать и бросить на нары?

Полковник Ключевский усмехнулся. Ему был понятен душевный порыв Игоря.

– Засадить в тюрьму, – сказал он, – это дело полиции. Мы же спецслужба, у нас свои правила. В скором времени ты всё это поймёшь сам, потому как вопрос о твоём переводе в органы госбезопасности решён на уровне руководства положительно и в ближайшие дни будет подписан приказ директора ФСБ.

В пограничники Игорь Балашов пришёл прямиком из детдома.

Его любовь к погранвойскам сформировалась после того, как однажды в весенний день на пороге их детского дома появились двое курсантов Московского высшего пограничного училища с большими сумками в руках, один из них был двоюродным братом его лучшего друга Вальки.

Гости одарили всех воспитанников незамысловатыми подарками, привезёнными ими с войсковой стажировки, проходившей на Дальнем Востоке. Это были различные поделки, сделанные руками пограничников заставы с использованием панцирей морских ежей, крабов, различных моллюсков.

В тот день все обитатели детского дома впервые испробовали на вкус красную икру. Трёхлитровая банка кетовой икры, копчёная и солёная красная рыба, вяленая корюшка вызвали неописуемый восторг не только у детворы, но и у их воспитателей тоже. Они же с Валькой чувствовали себя настоящими героями дня.

Игорь почти не помнил своих родителей, они погибли в автомобильной катастрофе, когда ему было всего восемь лет.

Никто в них не врезался, их просто подвела излишняя спешка, да мокрая после дождя дорога. Нелепая трагедия превратила его в сироту и открыла дорогу в детский дом.

Он злился на свою судьбу, на родителей, которые были так беспечны, имея маленького ребенка, позволили себе лихачество на опасной трассе, вдоль которой стояли железные памятники, как напоминание о том, что может произойти с теми, кто бездумно давит на газ.