Любовный ченч

Ресторан «Шесть огоньков» был одним из тех московских ресторанов, где освещение было не ярким, скорее интимным, а музыка необычайно чувственной. Серж прошёл в зал, где его встретили и проводили к столику, на котором уже стоял любимый им моседуан с грибами. Звучал «Ролинг Стоунз» со своим совращающим, настойчивым битом, шесть мягко светящихся ламп мигали в ритм мелодии, наэлектризовывая окружающее пространство страстью.

Официант принес охлаждённую бутылку «Асти Мартини» и налил вино в узкий бокал.

Любовь к этому вину пришла к Сержу от Жюстин, ей нравились вина, не подвергающиеся в процессе ферментации тепловой обработке.

Время летело быстро. Наступило время жаркого, – повар вынес к столу фирменное блюдо ресторана с многообещающим названием «Дикий вепрь». Его подали с миндальными крокетами, фаршированным черносливом и ежевичным соусом.

Увидев это необыкновенное блюдо, Серж застонал от предвкушаемого удовольствия, но тут сделал непростительную для себя ошибку, – попросил официанта принести ему бутылку грузинского белого сухого вина «Цинандали», о котором он был наслышан из рассказов престарелой семьи русских эмигрантов, часто посещавших их дом

Тогда он даже предположить не мог, что Грузия уже многие годы поставляет в Россию, в большей части, фальсифицированные вина.

Позже он узнает из прессы, что министр обороны Грузии Окруашвили, отвечавший, по совместительству, за винный бизнес, заявит во всеуслышание: «В России, если даже вынесешь на рынок фекальные массы, то и они продадутся, а вот в Европу Грузия экспортирует качественное вино».

«Цинандали» действительно оказалось откровенным дерьмом, отдававшее запахом серной кислоты. Фальсифицированный алкоголь напрочь омрачил настроение Сержа, он решил уйти и попросил счёт.

Несмотря на то, звучали мелодии «Битлз» из альбома «Abbey Road», любимый голос Джона Леннона, всё это не могло вернуть ему прежнего настроения.

По возвращении он внимательно осмотрел комнаты, порядок расположения его вещей остался прежним. Он решил принять душ и лечь спать. Контрастный душ и растирание тела грубым вафельным полотенцем оживили его, он потянулся к телефону, чтобы заказать кофе, но как только он это сделал, услышал стук в дверь.