Терадорн

Нам специально не сообщили, о чём пойдёт речь; и с опозданием вызвали нарочно, чтобы мы не смогли и слова сказать.

– А мы имеем на это право? – Гириадон вновь откинулся на диван и задрал ноги на стол. – Всё, что нам позволено на Совете – это сидеть рядом с папаней и делать умный вид.

– Да как ты… он же наш отец! – Эсигот вспылил, но тут же успокоился. – Впрочем, ты не исправим. Знал бы он, как ты ведёшь себя, когда находишься вне поля его зрения.

– А кто ему скажет, ты? – Гириадон захохотал и раскинул руки так, что брол выплеснулся из кубка.

 – Валяй, братик. Посмотрим, кому он поверит – своему старшему беспроблемному и идеальному сыну или младшему, который постоянно чему-то возмущается, как девчонка.

Зная своего брата, как никто другой, Эсигот всего лишь покачал головой:

– А кто тебе разрешил брол пить? Кто опять посмел принести его в твои покои?

– А вот это не твоё дело, братец, – Гириадон встал с дивана и небрежно поставил кубок на стол. – А ты, прям, его ни разу не пробовал, умник чёртов.

Тебе напомнить, как мы вместе нажрались пару раз?! – Он пошёл к открытым балконным дверям.

– Завтра казнят нашу сестру, – выдавил Эсигот.

– Что?! – Гириадон остановился и повернулся лицом к брату. – Что ты несёшь?

– Лучше бы побоялся, Гириадон. Стоит и тебе не угодить отцу, как тут же отправишься вслед за Миррой.

– Э, нет, подожди! Странная у тебя реакция, – Гириадон подошёл к брату, наклонился и уставился в его глаза. – Это ты с ней водился, не смотря на запреты.

Я же видел её всего пару раз за всю её жалкую жизнь взаперти. Почему же ты такой спокойный, если это правда; и рожа не зарёванная?

– Ты слышал про пророчество, – напомнил Эсигот, с ноткой обиды в голосе, и отвёл глаза в сторону.

– Да надоели все с этими проклятыми пророчествами! – взревел Гириадон. – Вам что, больше заняться нечем, кроме как слушать всякий бред?! – он вдруг успокоился и потёр подбородок. – Да и как это возможно? Я думал, он просто будет держать её подальше от себя, а когда она вырастет – отправит её в какой-нибудь забытый всеми угол полушария.

– Нет, Гириадон, наш отец решил её убить. Свою родную дочь, понимаешь? – Эсигот уставился на брата.

– Тогда почему ты не пытаешься спасти свою драгоценную сестричку? – в голове Гириадона родилась куча вопросов. Он прищурил глаза. – Не пойму, в чем подвох?

– Ты предлагаешь мне пойти против приказа короля? – откровенно ответил Эсигот.