Терадорн

Их дома соревновались в размерах и формах, но мало разнились в цвете: двери и окна были выкрашены в фиолетовый или серый, стены выбелены добела, а крыши покрыты чёрной черепицей. И одежду они носили тех же оттенков. Так пожелал Зарг. Он в первый же месяц после восхождения на трон распорядился внести изменения в облик улиц королевства и приказал гайтам выглядеть соответственно. Он считал, что гайты должны отличаться во всём от простых крестьян, в том числе и в цвете одежды: ведь гайты – особых кровей, и обладают всеми мыслимыми и немыслимыми титулами.

Гонтам запрещалось носить одежду фиолетового или серого цвета, да и в своих национальных деревенских костюмах они не имели право щеголять в Стенах королевства. В Стенах они облачались в наряды, сшитые из разноцветной ткани, из-за чего выглядели пёстро, а по мнению гайтовских модниц – нелепо и отвратительно безвкусно. Так гласил закон; но, помимо всего прочего, он ещё и запрещал говорить на гонтском языке и всех деревенских наречиях в пределах Стены.

Гонты послушно соблюдали эти глупые, по их мнению, правила: у них и без того хватало забот. Они работали с утра до вечера, чтобы за малую часть кормить свои семьи, а за остальную – увеличивать королевскую казну. Гайты платили крестьянам за труд каждый на своё усмотрение: кто ежедневно, кто раз в неделю, а кто и вовсе не платил, полагая, что гонты обязаны прислуживать задаром.

Оба класса уже давно недолюбливали друг друга. Собираясь за ужином в своих домах, они обсуждали и возмущались друг другом; но хоть было о чём поговорить вечерами за бокалом душистого гайтовского брола или полной тарелкой домашней гонтовской запеканки, наспех приготовленной из остатков, собравшихся за день.

– Проклятый гайт! – возмущался Ивио, провожая ядовитым взглядом парня, жующего яблоко. – Я тут с утра ещё ничегошеньки не заработал, а он – хрясь! – и стащил у меня яблоко.

Ивио повернулся к своему соседу по прилавку, качающему головой.

– Хоть бы гит заплатил, – завизжал Ивио. – Негодяй!

– Этот гайт с севера. Они вроде недавно сюда переехали, – сосед по прилавку вздохнул. – А там они, сам знаешь, какие… наглее наших, южных гайтов.

Ивио нервно закрутил свои длинные усы кверху. Он взял из мешка у стены наливное яблоко, вышел из-за прилавка и подошёл к ящикам с фруктами, выставленными на продажу. Ивио потёр фартуком яблоко и аккуратно положил его на самый верх яблочной пирамиды.