Алерния. Орден

Остальные – это крестьяне и рабы, исполнявшие обязанности возничих, конюхов, слуг, поваров и прочих, какие-то торговцы, ремесленники и даже большие компании разнообразных шлюх – от совсем молоденьких, почти девочек, до беззубых тёток, выглядевших словно старухи.

Во-вторых, солдаты не шли дружными рядами по дороге (самый центр тракта занимали вереницы телег и фургонов), а двигались по обочинам пешком или на лошадях, или ехали в повозках, часто вместе с девицами.

В-третьих, и на привал армия владетелей остановилась в таком же порядке, как и шла.

Не было организовано никакого лагеря со рвом, насыпью, защитой из кольев и ровными рядами палаток. Именно так себе представляла армейский порядок Вика. Насмотрелась картинок лагерей римских легионеров или греческих гоплитов в школьном учебнике истории.

– Неужели это и правда случится? – под нос с надрывом произнесла Эрна. – И сегодня я стану свободной.

– Кто о чём, а вшивый о бане. – Вика ободряюще хлопнула соратницу по плечу. – Ты лучше полюбуйся на цыганский табор.

Ты ведь не слышала ни про цыган, ни про табор, зато можешь понять, как это всё выглядит.

Эрна хотела что-то спросить, но не успела.

– Ждите здесь, – скомандовал дружинник и отправился к шатру Урании.

Вика, заметив, что её Сивка притомилась, незаметно «Малым исцелением» подбодрила и её, и лошадей Алека и Эрны.

Дружинник отсутствовал довольно долго, не меньше трети гонга – видимо, не один раз пришлось рассказывать удивительные новости, пока добирался до виконтессы Вьежской.

Он наконец появился, и не один, а в сопровождении баронета Грания Тиста, двадцатиоднолетнего гвардейского лейтенанта-мага, хорошо знакомого Вике.

Влюблённый в виконтессу Вьежскую баронет был верен Урании и в пору её благоденствия, и во времена тяжёлых испытаний, едва не приведших к гибели признанной наследницы герцогской короны.

Похоже, эта преданность была вознаграждена, пусть и не ответным чувством любви – Вика сомневалась, что Урания решится пойти на мезальянс, к тому же в столь ответственный период, – но владетельными милостями наверняка.

Граний, идущий рядом с оминским дружинником, имел вид очень важный и надменный – Вика даже употребила бы эпитет «вельможный». Одетый в дорогой доспех из магического булата, он не шёл, а шествовал, высокомерно смотрел только перед собой, игнорируя почтительные приветствия вскакивающих перед ним солдат и низко кланяющихся обозных крестьян и рабов.