Алерния. Орден

Глаз на затылке у Вики не было, но вот боковое женское зрение работало и без ассасинского обострённого восприятия. «Надо будет как-нибудь, если найдётся время, устроить этому наглецу какую-то подлянку, – решила она. – Все пялятся, но этот – слишком нагло и вызывающе. И не первый уже раз».

– А мы уже не знали, что и думать, – сказала Эрна, встретившая вместе с Алеком её во дворе крепости. Два члена будущего орденского капитула теперь были, как говорится, «мы с Тамарой ходим парой». В среде наёмников даже поползли слухи об интимной близости шестнадцатилетнего Алека и двадцатилетней Эрны.

 – Командору контрабандисты привезли милонегских голубей. Он очень хочет с тобой посоветоваться, – шёпотом добавила она.

Лагис, разумеется, был оповещён о новых членах Ордена в тот же день, как тех в него приняли. И он уже поручил своему брату и сестре (а именно так должны теперь определяться отношения внутри Викиной организации, что вовсе не отменяло должностной градации и субординации) найти пропавшую с самого утра начальницу и благодетельницу.

Эту задачу Эрна с Алеком выполнили неожиданно легко, встретив Вику сразу же, едва выйдя из главного здания.

– Хотя бы нам сказала, куда уходишь, – упрекнул Алек, с восхищением на неё глядя.

Первое же комтурство – подразделение Ордена более мелкое, чем его главная штаб-квартира, называемая прецепторией, место которой теперь всегда будет здесь, в Акульем Зубе – Вика решила основать как можно дальше и отправить Алека туда магистром. Иначе она однажды не выдержит и с хорошим в общем-то парнем сделает что-то не очень хорошее.

Да и Эрне предстоит быть магистром в другом комтурстве.

О размахе своей организации, о том, насколько далеко расползутся щупальца её Ордена, какое количество членов в нём будет и где потребуется создавать филиалы Акульего Зуба, попаданка пока не думала. Нет, то, что рано или поздно ей придётся с этими вопросами определяться, Вика понимала. Но гнать лошадей не спешила. Кстати, о лошадях.

– Сивку мою перевели в нормальное стойло? – не ответила она на их вопросы.

Ходила и ходила. Их какое дело, куда и зачем? Просто ей иногда нравится побродить в одиночестве на фоне средневековых видов. – Сено в конюшне заменили?

– Я сам проследил, Вика, – доложил Алек, – того скота, который нашим лошадям гнильё наложил, я сам отдубасил. Он уже дерьмо в канализационных канавах черпает и в конюхи больше не вернётся. С лошадьми всё в порядке.

– Это справедливо, – кивнула Вика.