Имперский граф

Он совершенствует технику и быт, а преступность начинает подстраиваться под изменившиеся условия жизни.

– Госпожа, прошу простить меня, но этот сержант, извиняюсь, бывший сержант, он девочек насиловал. И ладно бы рабынь, но он и свободных сироток пользовал, и даже пропавшая дочь мастера Корвала – это его рук дело. Он их потом всех убивал. Место, куда он трупы стаскивал, мы с него выбили. Простите, но без него на казнях никак.

Он просяще посмотрел на виконтессу, и та, вздохнув, спрыгнула с подоконника и пошла за палачом исцелять изувеченного насильника и убийцу.

– Бор, пусть тебе это будет хорошим уроком. Во-первых, смотри, кого берёшь на службу, а, во-вторых, постоянный контроль – вот, что тебе требуется, – Олег поднялся с кресла, потянулся и сделал несколько наклонов вправо-влево. За полдня, что он тут провёл, спина затекла, а тратиться на Малое Исцеление из-за такой ерунды не хотелось. – Тебе нужно создать что-то навроде службы внутренней безопасности. Людей для неё возьмёшь немного у Агрия и немного вот у него, – Олег кивнул в сторону Нечая.

Тот попытался было протестовать против отдачи своих людей, но, наткнувшись на холодный взгляд графа ри Шотела, сдулся.

– Правильно думаешь, барон Убер, одно общее дело делаем, и прокол любого из вас, это ущерб нам всем, – Олег посмотрел сквозь зарешеченное окно на неухоженный дикий городской парк. Он специально распорядился, чтобы северный парк, в отличие от трёх остальных, оставался в первозданном виде. – Нам с тобой придётся в Рудный съездить.

– Мне тоже надо будет туда съездить, – отрешённо сказал Бор.

– А здесь кто за порядком следить останется? – этим вопросом Олег не только немного поднял главному коменданту совсем уж низко упавшую самооценку, но и дал понять, что пока не лишает его своего доверия.

Уля вернулась из пыточных застенков достаточно быстро.

– Всё. Живой и абсолютно здоровый, – сказала она, имея в виду излеченного ею насильника и убийцу. – Теперь Нурий на площади сможет показать всё своё мастерство. Олег, а почему у нас в Пскове нет лобного места для казней?

– А зачем оно? – пожал плечами Олег, – пускать чернь в Псков я не желаю, а лишать простонародье удовольствия от казней и от наглядных уроков – неправильно.