Император

После того, как Олег исцелил неисправимые, казалось бы, увечья маркиза, между ними установились вполне дружеские отношения – Орро оказался не из тех, кому неизвестно, что такое благодарность. К тому же, как подозревал молодой император, ни Ловен неравнодушен к его сестре Уле, несмотря на большую разницу в возрасте. Впрочем, ничего лишнего маркиз себе не позволял. Дело, скорее, было в Уле, явно испытывавшей к нему интерес несколько более повышенный, чем просто дружеский.

Но какими бы ни были у хадонского аристократа хорошими отношения с Олегом и Улей, он по-прежнему верой и правдой служил своей императрице.

– Маркиз Орро ни Ловен, как только я ему представился, был сильно удивлён, что я вот так вот, в открытую действую. Но мне показалось, был польщён даже, что мы ему доверились и открылись.

– Главное, как он отреагировал на мои предложения? Он разговаривал с кем-то из имперского совета?

Агрий широко улыбнулся и покачал головой.

– Нет. Он сделал вовсе невозможное, – увидев разрешающий знак Олега, сказал генерал. – Через пять дней после нашей первой встречи маркиз прислал человека, который привёл меня в один неприметный особняк в обычном торговом квартале. И там… – разведчик сделал небольшую паузу, – представил очень красивой девушке Агнии. Я не понял даже вначале, с кем я говорю.

– Неужели с самой божественной Агнией? Да ладно.

Ответ был понятен уже по выражению лица разведчика.

А вот дальнейшее оказалось для Олега из серии «век живи – век учись». Оказывается, Орро был не просто искусным дипломатом и представителем имперского совета, но и доверенным лицом самой императрицы.

Маркиз был среди той небольшой группы дворян, которые смогли в тот день, когда заговорщиками был убит император Церий, пробиться из дворца и увести с собой семилетнюю Агнию, единственную из троих детей императора, выжившую в устроенной резне.

Агрий заметил, что божественная Агния обращалась к маркизу ни Ловену не как повелительница империи к одному из дворян, а как почтительная племянница к своему любимому дядюшке.

– Нам очень повезло, государь, что вы оказали такую большую услугу маркизу, – убеждённо сказал Агрий. – Он явно выступает не просто за нормализацию отношений с вами, но и за союз. Вот только условия императрица выдвинула неприемлемые, как я понимаю.