Алерния. Сестра

Первое время они даже отвешивали ему оплеухи, пока Нелла – она тогда в качестве новинки довольно часто становилась объектом благосклонности Туя – не пожаловалась ему на самоуправство рабов, и тот их сурово не наказал, объяснив разницу между рабами и свободным, пусть и нищим, мальчишкой.

– Рудий, ну проснись же! – Гнеш в соседней каморке пытался растормошить засыпающего после влитого в себя вина раба. – Ты должен был видеть, куда она ушла.

– Должен был, – согласился с ним совершенно пьяный и совершенно счастливый Рудий, снова укладываясь на груду тряпья, заменяющего ему постель, – Но не видел.

– Рудий, она пропала…

– Куда я пропала, Гнеш? – Вика, выйдя из «Скрыта», вошла в комнатку раба. – Ты чего шумишь?

На лице брата Неллы тревога и испуг сменились улыбкой.

– Я прибежал, а тебя нет. Я испугался. Там Туй с Цапиком допрашивают всех служанок, кто сегодня были в едальном зале. Вора ищут какого-то. Что случилось – не говорят, но злые – просто жуть.

– И меня не было, – подал свой пьяный голос Рудий. – А вино было восхитительное. Нелла, я тебя люблю.

– Спи уж, пьяница, – усмехнулась Вика. – Любит он. Пошли к себе. – Вытолкнув из каморки Гнеша, она убрала в пространственный карман пустой кувшин из-под вина. – Постарайся сегодня управиться пораньше. Уйдём с самого утра.

У Гнеша, как обычно, было много вопросов, но Вика отвечать на них не стала, изобразив из себя уставшую и сильно желающую поспать.

Естественно, она задалась вопросом, не вызовет ли такое совпадение, как уход шлюшки с братом и случившаяся кража, подозрений?

Нет, в самом по себе её уходе ничего подозрительного не было. Да и Тую на неё по большому счёту уже давно наплевать, он и сам её, похоже, подумывал выгнать. Желающих попасть на её тёплое местечко – вагон и маленькая тележка. Выйди в порт и крикни – тут же сбежится огромная толпа жриц любви, возрастом от двенадцати до пятидесяти лет и любой комплекции.

Воровством и кражами здесь тоже никого не удивить. Но всё же, как это будет смотреться одновременно?

Подумав, Вика пришла к выводу, что если подозрения таки появятся, то вряд ли серьёзные.

Грабь награбленное. Такой лозунг Вике был знаком. Но если раньше, в своём прежнем мире, она считала такую постановку вопроса неправильной, то здесь, в отношении Туя и его подельника Цапика, посчитала вполне справедливой.