Зловещий рубеж

Товарищ полковник освободился. – Отойдя на пару метров, капитан вполголоса пояснил майору: – Это Алексей Соколов, командир танковой роты.

– Тот самый? На таком танке с названием? Ну как его? «Зверь»? – прищелкнул пальцами майор.

– «Зверобой», это название из книжки Фенимора Купера, я читал такую сыну, – подсказал собеседник, а в голове мелькнуло, как давно это было. Сын-школьник в кровати, жена стрекочет на швейной машинке в соседней комнате – воспоминания, словно сон из другой жизни, которая была десятки лет назад.

Внутри вскипела привычная ярость: гнать поганых фрицев без остановки, вышвырнуть их с оккупированной территории, чтобы больше носа не сунули в мирную жизнь советских людей. После успеха на Курской дуге Ставка Верховного главнокомандования направила все силы на освобождение Украины, а дальше Польша и Европа. Командующему 65-й армией поставили задачу: начать фронтальное наступление и нанести главный удар по силам противника с участием танковых и кавалерийских корпусов. Сегодня в штабе полковник зачитал директиву о переименовании Центрального фронта в Белорусский, в чьем составе теперь 3, 48, 50, 61, 63, 65 и 16-я воздушная армии.

Это новое формирование должно форсировать Днепр и овладеть Киевом, оттеснив противника дальше на юг.

Майор взглядом проследил за лейтенантом, с интересом наблюдая, как черный тонкий силуэт на крыльце решительно потянул за ручку деревянную тяжелую дверь школы и шагнул в теплый сумрак коридора. Зачем молодой лейтенант явился в школу, которая стала штабом полка на время планирования наступательной операции?

В просторном помещении было пусто, часть парт сдвинули вместе, образовав общий стол для совещаний, остальную мебель местные жители давно уже разобрали на дрова.

На стене и школьной доске висели карты, утыканные значками, недавно закончилось совещание штаба. Полковник в гимнастерке с расстегнутым крючком воротничка сосредоточенно писал в планшете в ожидании, когда ординарец приготовит крепкий чай на горячей буржуйке.

– Здравия желаю, товарищ полковник! – Соколов вскинул руку к шлемофону из черной кожи.

– Вольно, лейтенант. – Командир с немым вопросом окинул напряженную фигуру. – Вроде не вызывал тебя, докладывай.

– Вот, товарищ полковник, рапорт на перевод. – Лист, исписанный аккуратным почерком, лег на стол.

– Так, давай посмотрим. – Командир вчитался в ровные строки. – В ударную группу просишься, лейтенант… На прорыв обороны… Ну что же, такому, как ты, самое место на сложном участке фронта.