Живой щит

Лейтенант страдальчески сморщился.

– Обидно, Димка! – по-родственному назвал он Рогожина. – По глупости схлопотал. Был десантник Новиков и весь вышел. – Лейтенант тяжело вздохнул. – Жаль, семьей не успел обзавестись! Трудноватенько небось одному на дачке ковыряться будет… Ты, Дмитрий, своих ребят береги! За что им тут гибнуть? Влезли, идиоты, в чужую страну и удобряем ее собственными костями…

Откуда-то с гор донесся хлопок.

– Миномет! – равнодушно определил лейтенант. – Отрыгнется, Дмитрий, нам Афган.

Двое хмурых солдатиков в застиранной форме подхватили носилки.

– Куда укладывать? – крикнул один из них, а второй равнодушно отозвался:

– Санинструктор покажет!

– Прощай, Дмитрий! – Новиков мигнул уцелевшим глазом, и на ресницах его блеснула мутная от аэродромной пыли капелька слезы.

Рогожин провожал взглядом самолет, пока тот не скрылся из виду.

У КПП части его встретил Липин.

– Я говорил! – тараторил ефрейтор, стараясь попасть в ногу с сержантом.

– Кто? Каких «духов»? – не понял Рогожин. Все его мысли были о взводном.

– Наших пленных! Ты уехал, а комбат их «педикам» передал… – захлебывался Липин. – Они пленных вывели к арыку, рядком построили и как свиней… – Ефрейтор глотнул воздуха и продолжал: —… Один идет, за волосы башки поднимает, второй ножом глотку подрезает. Скотобойня, блин… Димыч, перебазарь с зампотылом, тельники новые пусть выдадут дембелям.

– Скажу, Липин! Скажу, дорогой…

Ночью Рогожину приснился сон. Будто огненный вал, дойдя до канала, в котором они прятались, повернул обратно. И вроде пронесся этот смерч над Кабулом, Салангом и Пандшером, перевалил через Гиндукуш, замутил воды Амударьи и ринулся в глубь России. А он, Дмитрий Рогожин, бежал вслед за смерчем по руслу старого канала, проваливаясь в вязкую почву, как в трясину, и ничего не мог сделать, чтобы остановить смертоносный ураган.

* * *

Вывода ограниченного контингента ни Рогожин, ни его взводный не дождались. Подошел дембель, и Рогожин направлялся домой.

По дороге Дмитрий навестил командира в ташкентском госпитале. Обрадованный визитом, Новиков моментально организовал застолье. Пошептавшись с улыбчивой медсестрой-узбечкой, он заполучил ключи от кладовой и, заговорщицки подмигнув, поманил Рогожина за собой.