Жиган

– Воровские мужики – это обычные зеки, не блатные, которые делятся с ворами, а за это получают защиту. Их тоже трогать нельзя. А сейчас ты попал в другую Индию. Здесь шушера всякая неавторитетная собрана. Половина – первоходы вроде тебя, пухнари.

– А ты что здесь делаешь? – спросил Константин.

– Это мне вроде наказания.

О том, за что ему выпало такое наказание, Архип не распространялся, а Константин с расспросами к нему не лез. Он уже твердо усвоил одно из главных правил поведения за решеткой – не лезь в душу, захочет – сам скажет.

– Но даже в этой Индии есть своя дорога, – продолжал Архип. – Дорога – это связь. Без связи тут быстро загнешься.

– Какая же здесь может быть связь? – удивился Константин. – Двери железные, на окнах решетки.

– Решки, – поправил его Архип. – Об этом я тебе тоже расскажу. Времени у нас много.

Разговор прервался на несколько минут. За кем-то из обитателей камеры приходили контролеры, или, как назвал их Архип, тубаны. Когда дверь камеры закрылась, Архип продолжил.

– Никак нельзя в хате без дороги. Пpо все, что с тобой вчера приключилось, я уже знаю.

– Откуда? – изумился Константин.

– Тюремная почта донесла. И воры наши про тебя уже все знают.

– Какие воры? Их что, здесь много?

– Сейчас двое, вернее, даже один. Толик Рваный. Погонялу ему такую дали из-за разорванной мочки уха. Настоящий вор. Коронован в знаменитой Владимиpской тюрьме. Наш брат, славянин. И не сухарь какой-нибудь.

– Кто такой сухарь?

– Есть тут один. Тоже вроде бы как вор, но не все его признают.

Толик Рваный его не признает, и я тоже. Погоняла его – Кокан. Сам лаврушник, то есть кавказский.

– Разве Кокан не коронован?

– В том-то и дело, что коронован. Но сходняк, на котором он получил звание вора, проходил в Бутыpской тюрьме. А среди славянских воров Бутырская тюрьма не катит. Дурная слава о ней ходит – что коронуют там людей неавторитетных. Я даже слышал про Кокана, что звание вора он себе купил. Может, так оно, может, нет, но с Толиком Рваным они на ножах.

До открытой войны дело не дошло, но лучше между ними не встревать. Если какие непонятки возникают, лучше к Рваному обратиться. Непорядок это, когда славяне у лаврушника защиты ищут. Ты вот вчера в одну хату с Карзубым попал, верно?

– Верно.

– После того, как ты их замесил, они на тебя маляву Кокану накатали. Карзубый когда-то был авторитетом, но, после того как с лаврушниками связался, его всерьез мало кто воспринимает. Кокана тебе надо опасаться.