Жиган

Мокрый маленький член бессильно болтался между ног. Внезапно до него дошло, что при всем желании он не может опетушить сокамерника.

– Халда, – заголосил он, – у меня ж не стоит!

– Урод! – рявкнул Халда. – Обкурился, подождать не мог? Джоник, он нам всю малину обосрал. Вставай!

– Не, – вяло ответил тот, – я пpобивкой не занимаюсь, мое дело – парафин.

– Да ты че, Джоник, видишь, Цыган изголодался, дуньку кулакову в шкары запустил.

– А мне какое дело? Вы – пробивщики, я только на клык даю. И вообще, не мешай кайф ловить.

Растерявшийся Халда немного ослабил хватку. Константин смог чуть-чуть глотнуть воздуха. Правда, кислорода в этом глотке было немного, но и его хватило, чтобы прийти в себя.

А за его спиной Цыган безуспешно пытался оживить свой мокрый, скользящий между пальцами «агрегат». Ему потребовалось не меньше минуты, чтобы понять – ничего не получится. От досады Цыган даже застонал.

– О, паскуда, не хочет вставать.

– Не хрен было малафьей шкары заливать, – выругался Халда.

– Так че делать-то, че делать, а, Джоник?

– Не трогай ты его, – брезгливо бросил Халда. – Он же тебе сказал.

– Чистюля нашелся, никак не может привыкнуть к тому, что он петух объявленный.

Джоник почему-то пропустил мимо ушей такое страшное оскорбление. Он по-прежнему мычал и раскачивался у стены, закрыв глаза.

– Цыган, кончай дрочить, натягивай шкары, будешь его держать.

Цыган с готовностью подчинился. Накинув штаны, он вытер мокрую ладонь об колено и плюхнулся на нары рядом с Халдой.

Стоило Халде отпустить руку, как Константин рывком перевернулся на спину и, собрав все силы, вложил их в удар ногой. Носок ботинка припечатался к виску Цыгана, который и в мыслях не мог допустить, что его полузадушенный противник еще способен сопротивляться.

Панфилов был так возбужден, что даже не почувствовал, как крупная заноза с неструганой доски впилась ему под лопатку. Сейчас им владело единственное желание – рассчитаться с обидчиками.

Голова Цыгана безвольно, как у тряпичной куклы, мотнулась в сторону, в черепе что-то хрустнуло, изо рта и носа одновременно хлынула кровь. Он завалился на Халду, цепляясь за него руками.

Громила на несколько мгновений растерялся. Этого времени Константину хватило для того, чтобы выскользнуть из-под его руки, оказаться на бетонном полу и овладеть ситуацией.

Цыган уже не представлял опасности.