В ледяном аду

Звенела посуда, разговоры сделались громкими, зазвучали шутки.

Подкрепившись, Давыдовский с Ерохиным отправились осматривать окрестности. У западной оконечности станции надо льдом и снегом возвышалась небольшая плоская скала. На одном ее отроге высился бетонный постамент, а на нем стоял бюст вождя мирового пролетариата. Владимир Ильич выпученными бетонными глазами смотрел в сторону океана. Зрелище было довольно-таки сюрреалистическим. Капитан и руководитель научно-исследовательской группы, не сговариваясь, усмехнулись.

– Вот же времена были. Переть на край света памятник Ленину!.. Уж лучше бы лишних пару сотен литров солярки или консервов сюда забросили, – проговорил Давыдовский.

– Да уж, Михаил Павлович!.. У меня такое ощущение, будто мы с вами попали в машину времени и вернулись лет на тридцать в прошлое. Вот придем обратно на станцию, и придется вам проводить политинформацию.

На скале, неподалеку от памятника Ленину, виднелось еще одно сооружение. Глядя на него, улыбаться никому уже не хотелось.

За незамысловатой оградкой, сваренной из стальных труб и якорных цепей, на металлическом постаменте из ржавых швеллеров и уголков стояли два запаянных цинковых гроба. Они словно зависли между небом и землей.

– Да, времена были!.. – проговорил Давыдовский. – СССР – единственная страна, которая не забирала погибших и умерших полярников домой, а хоронила их таким вот варварским способом прямо в Антарктике.

Ерохин подошел и смахнул рукавом снег с табличек из нержавейки, укрепленных прямо на цинковых гробах.

Но прочитать имена полярников он так и не смог. Металл покрывала толстая корка льда.

– Даже не знаю, что и сказать. «Пусть земля будем вам пухом» – нет, эти слова в нашем случае не подходят, – проговорил капитан.

– Мир праху, – нашел нужную формулировку Давыдовский.

– Я не хотел бы мешать вашим исследованиям. Вы и так многое сделали и делаете для команды погибшего судна, – сказал Ерохин. – Обустраивайтесь на станции так, словно моих людей здесь нет, и приступайте к работе.

Единственное, на что мы претендуем, – это пользоваться пищеблоком. На складе достаточно каталитических обогревателей, работающих на бензине. Моя команда будет жить на спасательных плотах и в палатках. Я же понимаю, время вас поджимает.

– Спорить не стану. – Давыдовский благодарно улыбнулся.

Мужчины стояли на краю скалы и смотрели на то, как тарахтящий, дымящий бульдозер расчищал взлетно-посадочную полосу для приемки спасательного самолета.