В ледяном аду

Но вместо протекторов виднелось что-то странное, напоминавшее скукожившиеся надувные двуспальные кровати.

– И как эта штука плавает? – Ерохин скептически покосился на такое чудо техники.

– Сейчас сами увидите, товарищ капитан.

Разлетелись и два оставшихся ящика. В них были точно такие же вездеходы, только один выкрашен в яркий канареечный цвет, а второй – в бирюзовый. Шепелев и двое его товарищей-ученых уже забрались в кабины. Негромко заурчали двигатели. Зашипели компрессоры. Двуспальные кровати стали оживать, наполняться воздухом, разворачиваться.

Ерохин нервничал. Палуба продолжала крениться. Корабль мог перевернуться в любой момент. Но он уже доверился Шепелеву, а потому и не стал ничего говорить ему под руку. Ведь это страшно раздражает – ты сам торопишься, делаешь важную работу, а к тебе пристают с расспросами, заставляют озвучивать вещи, которые для тебя очевидны!

Огромные, по высоте большие, чем сами корпуса вездеходов, колеса наконец-то были надуты.

Шепелев открыл дверцу, замахал рукой и крикнул:

– Товарищ капитан, скорее садитесь.

Ерохин дождался, когда в желтую машину сядут его моряки, а затем забрался к старшему научному сотруднику.

Вездеход был совсем новым, еще пах пластмассой, краской. Внутри все было как в обычном автомобиле. Мягкие велюровые кресла, приборная панель, рычаг переключения скоростей, руль и педали.

– Илья, не забудьте, что мы должны покинуть судно последними, – напомнил капитан о своих обязанностях.

– Так и сделаем, – отозвался Шепелев и махнул рукой своим товарищам, чтобы съезжали с палубы раньше его машины.

Первым неторопливо покатился желтый вездеход. Гигантские пневматические колеса легко преодолели бортовое ограждение. Машина соскользнула на воду. Колеса завращались быстрее, и вездеход гигантской желтой водомеркой заскользил по воде, раскачиваясь на волнах. Это было завораживающее зрелище. Казалось, будто машина неподвластна законам физики. Ей не требовался ни гребной винт, ни водометный движитель, ни паруса, ни пропеллер.

– Отличная машина! – Шепелев даже улыбался, несмотря на весь драматизм ситуации.

Капитану пришлось согласиться:

– Первый раз такие вижу.

Покатил и бирюзовый вездеход. Он преодолел бортовые ограждения так легко, словно их и не было, и спрыгнул на воду.

Ерохин обернулся, огляделся, в последний раз запечатлевая в памяти, как выглядит его судно, которому скоро суждено уйти на дно.