За час до казни

Один из пилотов открыл дверь, снаружи уже подкатили невысокий трап, и Переверзев вслед за Кузьминым спустился на бетон.

Сначала ему показалось, что их вообще никто не встречает. Но потом от стоявшей неподалеку машины отделилась темная фигура. Человек подошел к ним, и майор увидел пожилого афганца в кожаной куртке. Тут Переверзев ощутил, что на летном поле довольно холодно, дует резкий ветер.

Встречавший шагнул к Кузьмину, и они обнялись.

– Рад тебя видеть, Михаил, – сказал незнакомец. – Как долетели, нормально?

Он говорил по-русски совершенно правильно, только с небольшим акцентом.

– Да, все в порядке, – отвечал Кузьмин. – Вот мои друзья. Им надо переночевать – ну, ты знаешь.

– Да, ты говорил, – кивнул встречавший. – Сколько вас?

– Со мной десять человек, – отвечал Кузьмин.

– Тесновато будет, но ничего, как-нибудь поместимся, – сказал афганец, после чего повернулся и направился к автомобилю.

Переверзев обратил внимание, что встречавший не представился и Кузьмин не сделал попытки их познакомить.

Видимо, так было надо.

Машина оказалась вместительным, хотя очень старым и побитым «Лендкрузером». Вместить в него десять человек, да еще с оружием и багажом, оказалось трудно, но в конце концов все влезли, и водитель, резко взяв с места, погнал внедорожник по ночным улицам. Ехал он очень лихо: на редкие светофоры внимания не обращал, на поворотах скорость почти не снижал. В общем, ехали с ветерком.

Через полчаса машина въехала в ворота какого-то дома. Водитель открыл еще одни ворота и загнал автомобиль внутрь дома.

– Все, теперь можно выходить, – сказал он.

Прибывшие выбрались из машины. Они оказались в низком, тесном гараже. Хозяин позвал:

– Фарид!

Вошел молодой парень в ковбойке и джинсах. Хозяин обратился к нему на своем языке, и Переверзев с сожалением должен был констатировать, что не понял ни слова. Выслушав распоряжение (а по тону легко было понять, что это именно распоряжение, а не просьба), парень молча ушел. Вслед за хозяином гости миновали несколько комнат и вошли в просторное помещение, посредине которого стоял длинный стол.

Видимо, это была столовая, и гостей сюда позвали не просто так: несколько женщин сновали взад и вперед, внося вкусно пахнущие блюда. Вскоре стол был накрыт, хозяин прочел короткую молитву, и все приступили к еде. Переверзев понял, что это была баранина, так хорошо приготовленного барана ему есть еще не приходилось.

За столом, кроме гостей, сидел только сам хозяин.