Закон десанта – смерть врагам!

Над периметром забора тянулась лохматая и колючая проволочная спираль, похожая на мочала травы, свисающие с обрывов по берегам рек. А выше, цепляясь за штыри арматуры, насаженные с трехметровыми промежутками на стену, вился тройной ряд еще одной проволоки. Она была натянута и слегка наклонена к земле.

– Обладая некоторыми акробатическими навыками, мы ее сделаем, – неуверенно сообщил безволосый, вставляя в зубы сигарету.

– Не дадут, – фыркнула брюнетка. – Не забывайте о том, что за нами наблюдают.

Безволосый пожал плечами и щелкнул серебристой «Зиппо». Слишком нервно он это сделал – для извлечения пламени не требуются бычьи усилия.

– Ну-ка, дай, – протянула ручонку Валюша.

Просьба была необычная – все замерли. Безволосый нахмурился. С сомнением покосился на девочку, на зажигалку в руке и, видимо, не нашел причин отказать ребенку. «Зиппо» перекочевала в узкую длань. Валюша сжала кулачок. Затем подскочила к воротам, размахнулась – и швырнула. Неплохо развита, машинально отметил Вадим; до того, наверное, как ее не поперли из школы (или сама не сбежала), по физкультуре преуспевала… Зажигалка ударилась в верхний натянутый ряд, отскочила на соседний – контакт металла с металлом повлек интересный эффект – противно затрещало.

– Лови, теплая!

Безволосый в молодые годы неплохо играл в лапту. Невозмутимо поймал свою «Зиппо», зачем-то понюхал, убрал в карман.

Тишину нарушало только завывание ветра в кронах деревьев. Сообразительность ребенка просто пугала. «Выпороть бы ее от души, – тоскливо подумал Вадим, – дабы излишки ума выбить».

– Я догадывался, я подозревал… – понесло красавчика. – Это электрический ток, сеть под напряжением, понимаете?.. Закрытая зона, секретный объект… Чтобы чужие не вошли…

– И свои не вышли, – хихикнул очкарик.

– Вот мы и пленники, – обреченно, тоном, констатирующим отрицательный, даже провальный результат эксперимента, произнесла плотная дама.

– Ну что ж, – безволосый докурил сигарету, по привычке затушил ее слюной и прилепил к дверце автобуса. – Ну что ж, господа, ситуация становится в высшей степени любопытной.