Забей стрелку в аду!

Дальше с говоруном Ястреб не церемонился. Сбив подсечкой громилу с ног, он рубанул Шарика ладонями по ушам. Оглушенный, даже не пытавшийся сопротивляться, тот волчком завертелся на паркете пола. Приятели деликатно отвернулись, делая вид, что ничего чрезвычайного не происходит.

Минуты через три Ястреб прекратил экзекуцию. Наказанный без команды не вставал и, лишь покряхтывая от боли, уползал подальше от восточного ковра, боясь испачкать его кровью. Достав из кармана брюк платок, Ястреб вытер со лба пот.

– Шарик, без обид.

До некоторых только через ж…у доходит, когда надо открывать матюгальник, а когда дело делать. Тебя папаша в детстве мало колотил, поэтому сейчас приходится восполнять пробелы в воспитании… Ладно. Вы, двое, отдыхайте. А ты, Лишай, останься…

Разговор продолжился с глазу на глаз. Они прошли в другую комнату, служившую кабинетом. Там хозяин виллы занял почетное место за письменным столом, а Лишай примостился на краешке кожаного кресла, стоявшего наискосок.

– Налей мне джина с тоником и себе чего-нибудь, – устало потирая виски, приказал Ястреб.

Знавший месторасположение бара Лишай моментально поднялся и направился к нише, скрывавшей мини-холодильник и шкафчик с разносортным набором алкоголя.

Приготовив заказанный шефом напиток, Лишай спросил:

– Может, я дрянью травиться не буду, а водочки соточку замахну?

– О вкусах не спорят. Валяй, – махнул рукой Сергей Николаевич Ястребцов.

Выцедив джин, хозяин особняка некоторое время молчал и барабанил пальцами по столу.

Его собеседник почтительно слушал барабанную дробь шефа и наслаждался теплом распространяющейся по организму водки «Смирновъ». Не сдержавшись, Лишай громко отрыгнул и тут же испуганно прикрыл ладонью рот. Желтые, немигающие глаза уставились на бандита.

– Значит, навешали вам, орелики, по ушам. Есть, оказывается, покруче, чем вы.

– Получается так, Ястреб. Но я голыми руками готов мужика порвать, – скрипнул зубами Лишай и снова плеснул водки в высокий хрустальный стакан.

– Вряд ли голыми руками получится. Пообрывать может, как мотылькам крылышки. Мужик, видимо, лихой и не из трусливых, раз напролом пошел. Хотя, конечно, дурак. Благородный. Заступник униженных и оскорбленных.

– А может, американец подстава? – Лишай привстал, пораженный собственной версией.

Хозяин виллы скептически хмыкнул и покрутил пальцем у виска.

– Какая подстава? Кому Хоукс нужен? Мы четыре с половиной месяца этого самоделкина пасем.