Война в затерянном мире

«Только не смотреть сейчас в их сторону, – решил Саша. – Пусть рассказывает дальше».

– Этот человек, – продолжал говорить молодой врач, – вскоре умер. Он не смог пережить увиденного. Его приводил в трепет даже лосьон для бритья. Но его рассказ удивительным образом был похож на ваш. С той лишь разницей, что вы пришли оттуда, будучи человеком этого мира, он же оказался здесь новичком.

Пожилой положил коллеге руку на колено.

– Александр Евгеньевич, прежде чем начать говорить с вами на эту тему, нужно соблюсти неприятную процедуру.

Нам нужно убедиться, что вы адекватны. Вы понимаете, о чем я говорю?

– Это первый вопрос теста?

– Все верно, мы зададим вам еще несколько вопросов, – проговорил молодой и распахнул принесенную с собой папку. – Сколько людей проживает на планете Земля в данный момент?

– Шесть с половиной миллиардов.

– Хорошо. Продолжите, пожалуйста, эти строки: «Я помню чудное мгновенье, передо мной явилась ты…»

– Как мимолетное виденье, как гений чистой красоты.

Вижу, срезать меня на экзамене у вас нет желания?

– Как связаны Архимед и ванна?

– Он там дрочил?

– Александр Евгеньевич, вы что, не понимаете, что от ваших ответов зависит наш отчет для ФСБ?

– А вы не понимаете, что меня ждут десять моих людей? Еще живых – вы меня понимаете?

– Понимаем, – согласился пожилой и поправил на носу очки. – И все-таки как связаны Архимед и ванна?

– Долбаный Архимед лег в долбаную ванну и понял, что вытеснил такой объем долбаной воды, какой объем занимало его долбаное тело! Дальше!

– Вы испытывали когда-нибудь страх?

– Я его всегда испытываю.

– Но вы можете вспомнить, когда страх едва не прикончил вас? – вмешался молодой.

– Пожалуй.

– Только… – пожилой снова поправил очки. – Я прошу вас – спокойно. Мы делаем свою работу. Помогите нам. Хорошо?

– Хорошо.

– В тот день, в феврале девяносто пятого, была отвратительная погода. Двадцать второго февраля, как раз перед праздником, шел сначала дождь, потом повалил снег.

К вечеру у меня зуб на зуб не попадал, бойцы замерзли не меньше моего. Как ночь провели – не помню. Или вспоминать не хочется – так вернее будет… С собой были спальные мешки, и к утру они все стали насквозь промокшие…

Саша выдвинул ящик, вытащил пачку сигарет, оставшуюся после визита Удальцова, закурил.

…Солнце поднялось из-за гор, и впервые за ночь старший лейтенант Стольников улыбнулся.