Тайфун

 – Теперь остался самый пустяк – заметить какое-нибудь судно и идти к нему на сближение. Где там мой бинокль? Тучки вроде разбегаются, обзор акватории неплохой…

Найдя бинокль, который он позавчера в последний момент чисто рефлекторно успел сунуть в футляр, Матвеев поднес его к глазам и огляделся. Поверхность океана была пустынна. Ни вблизи, ни вдали не было заметно ни судов, ни какого-либо намека на близость суши. Во всяком случае, не замечалось даже морских птиц – чаек и бакланов. Лишь где-то очень далеко линзы бинокля сумели уловить силуэт альбатроса, «дальнобойщика» морских и океанских просторов.

– Товарищ капитан-лейтенант! – послышался голос Вола. – Рация, в принципе, могла бы работать. Пробило пару фильтров, но я их обошел. Однако проблема тут в другом: начисто сдохли аккумуляторы. Вон, индикатор заряда выдает красный сигнал. Так что… Нет, если бы сейчас где-то рядом был кто-то из наших, хоть какой-то сигнал мы подать смогли бы. А так-то – где мы сейчас? Кто знает?

– Не исключаю даже того, что в данный момент мы от дома очень и очень далеко, возможно даже, на широте Тайваня, Вьетнама, а может, и южнее, – задумчиво определил Александр.

– О-го! – подивился Крёмин. – Это что же, можем в Санта-Барбару зарулить? К Си Си Кэпвэллу заглянем?

– Ешкин кот! – удивленно вытаращился Вол. – Он еще всех этих Си Си, Фи Фи, Ми Ми помнит… Этот сериальчик американский закончился черт-те когда! Я про них уже и думать забыл.

Тут же завязался оживленный разговор о том, что может приключиться, прибудь они и в самом деле на побережье некогда аннексированного у мексиканцев североамериканского штата Калифорния. Словно и не было двух суток непрерывной изнуряющей болтанки, словно и не было дикого, страшного шторма, едва не поглотившего бот, словно они и не продолжали в этот момент плыть в неизвестность.

«Молодцы, не раскисли, – слушая споры и подначки морпехов, мысленно отметил Матвеев. – Значит, выйдет толк! И все же… Удастся ли нам в ближайшие сутки закончить этот дрейф? Как бы он не затянулся…»

Теперь, когда погода начала улучшаться на глазах, когда ушли тревоги и нескончаемые стрессы, у всех вдруг пробудилась острая жажда действий.

– Командир! – снова подал голос Крёмин.