Точность – вежливость снайпера

Просто какое-то нехорошее предчувствие: то ли ему действовал на нервы этот кровавый закат, то ли он чувствовал, как все вокруг здесь пропитано запахом смерти. Да, до Цхинвала еще далеко, но даже тут ощущалось тревожное затишье, когда не стреляют, но миром и не пахнет.

Коломенчук свесился с борта «уазика» и коротко сплюнул на дорогу. В отличие от Князева, облаченного в камуфляж, лейтенант был одет в обычную черную кожанку и джинсы. Автоматический «стечкин» покоился в скрытой от посторонних глаз наплечной кобуре.

– Чертов закат! – Лейтенант вновь не обращался ни к кому конкретно.

– Значит, завтра будет дождь, – подсказал Князев.

– Если бы только это…

– Что?

– Ничего. – Коломенчук пристроил во рту сигарету. – Лучше смотри по сторонам, Андрей. – Засад грузинских боевиков никто не отменял. Положение до сих пор нестабильное. А пакет, который мы везем, наверняка дорого стоит. Я уверен.

– А что в нем?

– Понятия не имею. И тебе вникать не советую.

Князев вынужден был замолчать, подчиняясь приказанию старшего. Водитель с закрученными усами что-то негромко мурлыкал себе под нос. За все время пути он вообще ни разу не заговорил с бойцами.

При въезде в Квайца, или, как называли этот город грузины, Кваиси, скорость пришлось значительно сбросить. «Уазик» плавно выкатился на улицы города. Коломенчук объяснил, куда им ехать. Мысли лейтенанта к настоящему моменту были заняты лишь тем, чтобы отыскать и узнать человека, который явится на встречу.

– Хоть шлем сними, – посоветовал Коломенчук Князеву, когда прохожие пару раз с недоверием покосились на их армейский автомобиль. – Не стоит нервировать население. Им тут сейчас и так приходится несладко.

Князев молча подчинился.

«Уазик» выкатился на центральную улицу, и водитель чуть прибавил газу.

– Не торопись, – осадил его Коломенчук. – Вон то здание.

Водитель прищурился.

– Это же публичный дом.

Князев выразительно хмыкнул, за что был немедленно вознагражден очередным суровым взглядом со стороны лейтенанта.

– Тебе-то что с того? Данилин сказал, что человек будет нас ждать здесь.

И словно в подтверждение слов Коломенчука, деревянная дверь двухэтажного здания распахнулась и выпустила на свежий воздух седого мужчину, одетого так же, как и лейтенант, в черную кожанку.