Точность – вежливость снайпера

 – Обедать будешь?

Кавказское гостеприимство все же дало о себе знать. Однако Анисимов отрицательно покачал головой:

– Я уже пообедал. Предлагаю сразу обсудить наше общее дело, батоно Шота, а затем я пойду. Вы принесли деньги?

– А ты принес то, что обещал? – парировал грузин.

Анисимов выразительно хмыкнул.

– Я не обещал вам ничего приносить. Тут вы что-то явно путаете, уважаемый. Я сказал, что город Кваиси будет готов к высадке десанта – и он готов. Русские планировали взять в кольцо и Кваиси, и остальные города, по примеру Цхинвали, но в ближайшее время этого не произойдет.

Глаза Шоты подозрительно сузились. Он даже забыл о прикуренной сигарете, которую пару секунд назад пристроил на краешке хрустальной пепельницы.

– Ты говорил, что в Кваиси должен был прибыть пакет с документами, – напомнил грузинский командир.

– Верно, – не стал отпираться Анисимов. – Согласно инструкциям, я должен был его получить и переправить на базу под Цхинвали.

– И ты его получил?

– Получил. Но на базу не переправил. Более того, люди, доставившие его, мертвы. Никто не сможет подтвердить тот факт, что пакет был доставлен.

– А где этот пакет?

– У меня.

– Я думал, что получу его. – Шота все так же пристально смотрел в глаза собеседнику.

Анисимов зло рассмеялся. Капитану не было весело, но он знал, что его смех взбесит грузинского командира. Так оно и произошло. Шота буквально побагровел от злости.

– С чего вдруг? – задорно спросил капитан, завершив свой маленький, но эффективный спектакль. – В полученных мною документах содержится слишком много информации о планах российских миротворческих сил. А это уж, извините, совсем другие деньги, батоно Шота.

– Сколько? – быстро спросил Зурбадзе.

Анисимов покачал головой:

– Я пока не намерен продавать документы.

– Они нужны мне!

– Это ваши проблемы. – Дым от тлеющей сигареты Шоты поднимался над столиком и попадал капитану в лицо. Анисимов потянулся и погасил ее. – Документы пока останутся у меня. Как гарантия моей собственной безопасности в первую очередь. – Он усмехнулся. – Вы думали получить пакет и убрать меня. Я угадал, батоно Шота?

– Ничего подобного я не думал. – Шота налил себе вина. Только себе.