Тайное становится явным

По всему видать, мое учащенное дыхание зацепило его за живые струны. В похмельной роже проснулся интерес.

– Не сифиличная, не бойся, – подлила я масла.

За дверью раздался шум. Кто-то протопал по коридору.

– Слушай, а ты правда кто такая? – промолвил мужик, стягивая майку. Ноги, обросшие рыжеватыми волосами, разъехались в стороны. Трусы в горошек – туда же. Я принялась душить новый приступ тошноты.

– Местная… – простонала я. – А ты?

– А я Валентин, – разулыбался мужичок. – Из Биробиджана. Я на завод «Электроагрегат» приехал, за инверторами.

Вчера груз отправили, а билет только на завтра… Слушай, а чего там шумят?

Он навострил крысиные ушки. За дверью кто-то отрывисто переговаривался. Резкий стук – ломились в дверь соседнего номера.

– Ты идешь, Валентин, или как? – напомнила я.

– Точно, – вспомнил мужик. Сел на край кровати и стал без стеснения стягивать с себя трусы.

– От тебя воняет, как от коня дикого, – поморщилась я. – Топай в душ.

– Чего? – удивился он.

– В душ, говорю, топай, – я повысила голос.

– Зачем? – он еще больше удивился.

– Воняет от тебя! – рявкнула я. – А ну марш в душ! Я ж не лошадь!

Мужичонка стал растерянно озираться. Понятно – думает, обчищу я его.

– Возьми мою сумку, – сказала я, – и мойся с ней. Не обворую я тебя. Давай, Валентин, давай, шевели костылями, пока не передумала…

Когда за ним закрылась дверь, я стянула с себя джинсы, сорочку и осталась в бюстгальтере и черных колготках. Взъерошила волосы и превратилась в опустившуюся проституированную особу, готовую на все.

В душе заработала вода. Я стала молиться.

В дверь забарабанили.

Когда она открылась, полагаю, взору вторгшихся предстало нечто. Их мрачные рожи заметно повеселели. Один был молод и лыс, другой постарше и с усами.

– Чего? – прохрипела я.

– Брысь, – сказал усатый, небрежно предъявляя какие-то красные корочки. «О-е-е-й, – подумала я. – Если потребуют взаимности, я погорю».

Брысь так брысь. Я попятилась в комнату и юркнула в кровать.

Натянула одеяло до ушей и принялась изображать неподдельный испуг (притворяться, впрочем, не пришлось). Двое обследовали засиженные мухами углы. Один подошел к окну, другой к санузлу, за дверью в который продолжала бежать вода. Минутку постоял, прислушиваясь, после чего обратился ко мне:

– Кто там?

Я приподняла двумя пальчиками валяющиеся на кровати трусы – как существенное вещественное доказательство.

Лысый нахмурился.