Супербоец

Даже как-то неудобно напоминать им о такой мелочи, что бутылка вина стоит жалких пару тысяч долларов. После ужина посетитель скромно протягивает свою золотую кредитную карточку, с которой слизывается нужная сумма. В приличном обществе о деньгах не говорят, если вы, конечно, не на деловых переговорах.

Влад для этого знаменательного ужина специально затоварился в магазине. Можно было, конечно, взять черный сюртук и бабочку напрокат, но в душе все восставало против того, чтобы таскать чужие шмотки. Обновка сидела на нем как влитая, но он все равно чувствовал себя клоуном.

Музыка была чопорная. Атмосфера была чопорная. И приглушенные разговоры тоже наверняка чопорные. Зал был заполнен строго одетыми джентльменами, дамами с диадемами и колье – сплошь копиями. Подлинники не станет носить ни один идиот. Настоящие колье и диадемы лежат в их сейфах, но зато всем присутствующим здесь хорошо известно, что эти драгоценности у людей есть.

«Лагуна» – одно из немногих заведений, где царила сдержанная аристократическая атмосфера. Большинство клубов и кабаков давно разъедены ржой мнимого демократизма. В последние десятилетия разница в атмосфере портового кабака и фешенебельного ресторана все больше стирается. Даже в самые высокие сферы привносится дух плебейства и распущенности. Здесь же – настоящий заповедник Викторианской эпохи.

В глазах рябило от обилия позиций в меню. Альберт фон Валленродт выступал как толкователь и рекламный агент, расхваливая отдельные блюда и призывая непременно их попробовать. Наконец, когда заказ был согласован, официантка с милой улыбкой удалилась.

– Забавно. Как в кино, – улыбнулся Влад и кинул взор на струнный квартет, наяривавший Моцарта. Музыканты в своих фраках походили на дрессированных интеллигентных ворон.

– Декорация, – кивнул Альберт. – Вся жизнь – это декорации, диктующие людям их роли.

Влад кивнул, признав некоторую разумность замечания, и оглядел зал, приглядываясь к посетителям.

– Ищете знакомые лица? – спросил Альберт.

– Некоторые знакомы по газетам.

– Неудивительно. Здесь собираются богатые люди. Это элита. Во всяком случае, они сами себя таковыми считают, – в усмешке Валленродта сквозило презрение.

Официантка и официант принесли первое блюдо. Налили чуть-чуть вина в бокал Альберта.