Супербоец

Он никого не пускает на виллу, кроме самых близких.

– Я пока не близкий.

– Для него – нет.

– Понятно.

– А ты как провел вечер? – поинтересовалась Алиса. – Все о’кей?

– Не совсем. Расскажу при встрече.

– Что-то плохое? – Голос ее сразу стал серьезным. Она моментально собралась, и Влад почувствовал, что Генрих прав – у этой женщины более чем достаточно волевых качеств. – Нужна помощь?

– При встрече…

– Часа через три я закруглюсь с этими бумагами, раскланяюсь с одной адвокатской мордой.

И мы встретимся.

– Я жду твоего звонка…

Он дал отбой…

Итак, у него минимум три часа, которые он может потратить по своему усмотрению. Для начала – визит к товарищам по оружию, в штаб. Ребята хорошо поработали вчера. Лед тронулся. Надо обсудить последние события и какие перспективы они сулят.

Как он и ожидал – наружное наблюдение как ветром сдуло. Противник сейчас сидит и отмывается от дерьма. Ему не до игр в шпионов. Сейчас совещаются, что делать.

На улице сегодня было жарко и душно не по времени года. Глобальное потепление, черт его дери. Дохнуло в лицо горячим воздухом. Мимолетное ощущение – запах, блик света, шершавая поверхность – часто выдергивают из памяти воспоминания. Вот и сейчас порыв горячего ветра всколыхнул память об Эфиопии. В другой жизни это было. В той, где были только Влад, его боевые товарищи и бесконечная война. Первая командировка в дальнее зарубежье. Это было уже после капитуляции перед чеченцами.

И перед тем, как Влад плюнул на все и ушел к чертовой бабушке из армии.

Убегают негры в джунгли,

Убегают бегемоты,

Это вышел на войнушку

Весь состав десантной роты.

С этими словами тогда нога командира разведывательно-диверсионной группы ВДВ Минобороны России и знатока десантного фольклора Медведя ступила на эфиопскую землю.

К тому времени у России уже почти не осталось внятных геополитических интересов за пределами своей территории.

Но иногда по старой памяти приходилось посылать своих специалистов-диверсантов и разведчиков в полыхающие кровавым пламенем горячие точки земли. Группу Медведя не раз привлекали для особо деликатных дел в мероприятиях ГРУ, где не хотели светить своих людей.

– Видать, тут нашим черным братьям война – что мать родна, – сказал Казак, разглядывая плотно сгрудившиеся у аэропорта так хорошо знакомые образцы советской бронетехники.