Стальные стрелы

Он хорошо знал своих людей, и если уж парень действительно не захотел есть сухой паек, то это значило, что он съел его много, очень много, гораздо больше сторожевой собаки Дика, которая не отличалась особой привередливостью и жрала все подряд, охраняя учебную базу СОБРа. Но и у Дика бывали моменты, когда он отворачивался от щедро наваленной в его миску горячей каши из концентрата…

Тима вспомнил собаку и улыбнулся.

– Хорошо! – проговорил он. – Я сейчас с ребятами переговорю, может, они и дадут машину с водителем, он нас отвезет куда-нибудь на рынок… давай по полтиннику скинемся, что ли.

Деньги быстро собрали, Тима отправился договариваться насчет машины, а Алексей с Вадиком вышли за ворота, чтобы купить сигарет. Собровец, стоявший возле проходной (именно в Дагестане вооруженная охрана стала практиковаться повсеместно, там уже разворачивалась нешуточная война с бандитизмом, и были случаи, когда боевики среди бела дня обстреливали отделы милиции), показал им дорогу и посоветовал быть поаккуратнее. При этом он выразительно кивнул на их табельное оружие, закрепленное на поясе.

Ничего необычного на маленьком местном рынке Алексей не увидел. Расположенный несколько в стороне от большого шумного перекрестка, на вытоптанной земляной площадке, небольшой крытый базарчик обслуживал потребности населения близлежащих жилых домов. В те времена в нашей стране еще не было построено такое гигантское количество супермаркетов, минимаркетов да и просто дворовых магазинчиков, до которых можно было добежать в одних тапочках, чтобы купить какую-нибудь мелочовку, и поэтому вот такие рынки были практически в каждом городском микрорайоне.

Чижов всмотрелся повнимательнее и несколько растерялся. Конечно, он не мог не понимать, что русским языком в бывшем Советском Союзе должны владеть все, хотя бы понимать его, но увидеть такое он все же не ожидал. Женщина, у которой он вознамерился купить сигареты, была закутана с ног до головы во все черное, будто монашка. Она стояла перед своим деревянным прилавком, не шевелясь и молча разглядывая проходящих людей круглыми темными глазами.

Так одетых женщин Алексей еще не видел, даже в Чечне. Чижов встал перед ней, подумал, решил ничего не говорить (по ее глазам, которые только одни оставались не закутанными в большой темный платок, было видно, что вряд ли она поймет простой разговорный русский) и молча показал на пачку «Золотой явы». «Монашка» протянула руку, взяла деньги, отсчитала сдачу и так же молча кивнула головой.