Спецагент из ниоткуда

Но в создавшейся обстановке это неизбежно привлечет к нашей работе нежелательное внимание.

Багров молча кивнул.

– Итак, у нас остается один кандидат, но зато, пожалуй, самый лучший, – продолжал Голдин. – Это Андрей Викторович Кремер.

– Кремер, – обронил Багров. – Фамилия как будто немецкая?

– Его прадед был австрийцем. Перебрался в Россию еще до революции.

– Ладно… Рассказывайте о Кремере.

– Я как раз приступаю к этому. – Голдин заглянул в папку. – Кремер, Андрей Викторович… Возраст – тридцать шесть лет… Бывший сотрудник ФСБ.

Высокопрофессионален, инициативен, решителен. Восемь лет назад был арестован, обвинен в измене и осужден на основании собранных доказательств. Отбывал наказание…

– Что там произошло? – спросил Багров.

– Разрешите мне пояснить, Иван Антонович, – вмешался один из присутствующих. – Кремера попросту подставили. Его обвинили в том, что он продал за кордон сведения, составляющие государственную тайну. Обвинение состряпали так ловко, что невиновность Кремера не была доказана и позже.

Ему дали восемь лет, из которых он отсидел шесть, но вышел не будучи оправданным, по амнистии.

– А кто состряпал обвинение и зачем? – произнес Багров. – Я имею в виду – для нас это интересно?

– Не думаю, – сказал Голдин. – Это были его, так сказать, конкуренты. Борьба за карьеру, за кресло… Дела давно минувших дней.

– И он точно пострадал без вины?

– Я сам занимался этим вопросом и могу утверждать – да, точно. Юридических доказательств у меня нет, но мы же не в суде… И потом, для нас какая разница?

– Почти никакой, – согласился Багров.

 – Продолжайте, Олег Сергеевич.

– Итак, он освободился два года назад. Пока он находился в заключении, умерла его мать, к которой он был очень привязан. Он получил небольшое наследство, сменил несколько мест работы, подолгу нигде не удерживался. В настоящее время проживает в Москве, в однокомнатной квартире на Шепиловской, более полугода нигде не работает, пьет. Не женат, детей нет. Контакты с женщинами редки и случайны.

Из поля зрения соответствующих структур выпал, им уже никто не интересуется. По всем параметрам идеальная для нас кандидатура.

– Идеальная? – Багров поднял брови. – Шесть лет в заключении, да еще пьет… Он у вас давно растерял все навыки.

– По мнению наших психологов, – возразил Голдин, – депрессия Кремера вызвана не только допущенной по отношению к нему несправедливостью и смертью матери. Образно говоря, он растаял, как холодильник, отключенный от электросети.