Спасти президента

 – Орлов забрал один из автоматов и спросил: – А почему мы не сказали про бомбу тому полковнику на «Алмамбете»?

Голицын криво усмехнулся:

– Ты его знаешь? Я, например, так первый раз в жизни встретил. Может, эту бомбу в Москве его сообщники и заложили. Тут верить никому нельзя. А кому можно, я тебе потом скажу, отдельно. Пусть лучше тот, кто отправил нам посылку, думает, что она просто не сработала, и мы – лопухи – ни о чем не догадываемся.

Разговоры не помешали десантникам действовать. Серегин помог пилоту выбраться из кабины и наскоро перебинтовывал простреленное плечо.

– Как стрелок? – сквозь зубы спросил пилот.

– Наповал. Точно в голову. Крупный калибр, двенадцать и семь, – отозвался Копняк.

Прапорщик с Орловым успели занять круговую оборону, прочесывая глазами склоны гор. Они понимали, что, если пулеметчик захочет продолжить на них охоту, укороченные десантные автоматы вряд ли помогут.

– А где Поручик? – спросил Серегин.

Копняк свистом и движением руки изобразил некое змеиное движение.

Этим он хотел сказать, что Поручик отправился в поиск. Майор покачал головой, но ничего не сказал. Он добрался до пилотской кабины и постарался связаться по рации с ближайшим постом американцев. Но вместо английских слов в наушнике зазвучала гортанная арабская речь.

– Этого только не хватало! – выругался майор.

Тем временем Поручик поднимался в гору. Сложный маршрут он одолел с легкостью архара. И с противником встретился раньше, чем предполагал. Тот решил сменить позицию, чтобы наверняка расстрелять экипаж сбитого вертолета и тех, кто придет ему на помощь.

Пулеметчик и трое его помощников неторопливо спускались со своей поклажей по тропинке, когда за высоким уступом скалы неожиданно наткнулись на Поручика. Тот был вооружен только спецназовским ножом «Катраном», так как автомат оставил Орлову.

Сейчас, в ближнем бою, коротышка «АКСУ» мог бы пригодиться, но Поручик никогда не сомневался в правильности сделанного выбора. Впереди, нагруженный пулеметными коробками, осторожно вышагивал крепкий басмач.

Помимо пулеметных принадлежностей он оказался навьючен автоматом, большим пистолетом в кобуре, кинжалом и украшен патронными лентами через оба плеча. В общем, напоминал матроса Железняка, который своим грозным видом распугал Учредительное собрание.

В его положении больше пользы принесла бы обыкновенная палка. Ей он мог бы просто столкнуть нападавшего в пропасть. Но в пропасть полетел он сам с распоротым животом.