Спасти Париж и умереть

Этот стройный офицер, молчаливый, полный решимости, в Тунисе получил серьезное ранение, лишился правой руки и правого глаза. Курту он всегда внушал симпатию.

На вечеринке по поводу дня рождения фюрера они вполне могли познакомиться, но Мейера отвлек Гиммлер. Как всегда, рейхсфюрер принялся делиться впечатлениями о любовницах Геринга, о капризах Гитлера, о бестолковом служебном рвении Кальтенбруннера, в то время, пока Штауффенберг пил шампанское в компаниии фронтовиков. Потом полковник куда-то ушел, и знакомство не состоялось.

Получается, сама судьба спасла Мейера от подозрений.

Курт еще раз внимательно просмотрел публикации. Выходило, что среди немецкого руководства были противники фюрера. Фюрера – но не существующего режима. Ничто в статье не говорило о том, что фон Штауффенберг был антифашистом. Видимо, покушение все-таки было следствием борьбы за власть.

В дверь постучали.

– Войдите! – сказал Мейер и отложил газеты.

Дверь с силой открыли, на пороге возникли пограничники.

– Итак, ваши документы, господин штандартенфюрер, – ласково произнес эсэсовец.

Вот как? Он знает звание? Курт сопоставил слова начальника поезда и только что прочитанные газетные публикации и решил, что интерес к нему вызван тем обстоятельством, что он едет из страны.

– Пожалуйста, унтерштурмфюрер, – спокойно произнес Курт, подавая паспорт. – Только поскорее, у меня много дел в Париже.

Разумеется, виза в паспорте была в порядке, да и ничего запрещенного с собой Мейер не вез.

– Ваше удостоверение, – произнес унтерштурмфюрер.

Мейер поднял брови, но молча подал служебное удостоверение.

– Мы вынуждены попросить вас пройти с нами, – сказал унтерштурмфюрер. – У меня приказ – всех старших офицеров проверять в здании станции…

Курт, пожав плечами, добавил:

– Ах да, я не показал вам еще один документ, господа…

Он достал из кармана бумагу, которой снабдил его Гиммлер.

Унтерштурмфюрер пробежал взглядом по размашистой подписи Гиммлера.

– Это ничего не значит. У нас приказ. Предлагаю пройти со мной.

– Хорошо, пройдемте, – разозлился Мейер. – Я целиком в вашем распоряжении!

Они вышли из поезда.