Саванна. Один на один

Немец и щедрость – понятия несовместимые. Может, у него что-то с ориентацией? Однако у Конрада был такой располагающий вид, что подозрения Мишеля отпали.

– Ну, хорошо, если вам, северному немцу, не претит общение со мной, евреем, – сказал он.

– Не претит, – серьезно произнес Конрад, быстро встал, подошел к стойке бара, сделал заказ, вернулся, уселся за стол и заявил: – Я придерживаюсь того мнения, что национализм, антисемитизм, расизм – это деградация человеческой цивилизации.

– Вы же сами только что упомянули об арабах.

– А у вас логическое мышление. Мое замечание касается не национальности, а поведения. Так же я могу сказать о турках, русских и даже к моим землякам, если они соответствуют этому понятию. Дело не в нации, а в людях! В воспитании, образовании. Может быть, вы заметили, Мишель, что все военные конфликты за последние десятилетия велись за ресурсы – нефть, драгметаллы, плодородные земли. Скоро разные страны будут драться и источники пресной воды. Так вот, все эти войны как правило, заворачиваются в обертку межнациональных конфликтов.

Простые люди зачастую не понимают истинных причин этих трагедий. Ложный патриотизм, угроза безопасности государства – это непременные внешние атрибуты всех современных войн. А невидимые мировые игроки незаметно управляют этими процессами, бессовестно разыгрывают национальную карту.

– И кто же эти игроки?

– Очень умные люди. Возможно, и мы с вами.

– Я вас не понимаю, – сказал Мишель и с удивлением посмотрел на немца.

В этот момент официант принес заказ Конрада.

– Давайте сначала выпьем. – Он поднял фужер с коньяком. – За знакомство.

– За знакомство.

– Вам привет от Бозизе, – тихо проговорил Конрад. – Помните такого? Он сожалеет, что с вами произошла такая беда, вы стали жертвой интриг.

Мишель чуть не поперхнулся коньяком. Если бы сейчас упал потолок заведения, то он, наверное, удивился бы меньше. Мысль заработала в бешеном ритме.

«Что это? Здесь, в Европе, меня преследуют интриганы, захватившие реальную власть в Замбии? Лунгу пытается показать, что у него длинные руки? Шантаж? Может, рядом со мной действительно посланник от Бозизе? Что за человек этот Конрад?»

Однако на лице Мишеля все эти судорожные соображения никак не отразились.

Лицо его не окаменело, взгляд не застыл.

– Не пугайтесь, Мишель. Для вас нет никакой угрозы. Я не враг вам, а наоборот.

– А вы хорошо сыграли свою роль, – спокойно сказал Бизе и улыбнулся.