Русская рулетка

– Да я слышу, что тихо, не глухой! – нервно воскликнул Клим. – Светать начало?

– Да вроде бы.

– Ладно, корова, давай сюда телефон! Пора мне сваливать.

Хозяйка принесла треснувший, перевязанный изоляционной лентой телефонный аппарат и, как и все остальное, поставила к ногам бандита.

Он нагнулся, поднял трубку и пальцем с заскорузлым черным ногтем стал накручивать диск.

– Дежурная часть слушает, – донеслось из трубки.

– Алло, гараж, – развязно сказал Клим.

– Кто говорит?

– Хитрый Митрий, – хрипло засмеялся бандит, – насрал в штаны, а говорит – ржавчина!

– Что за шутки в шесть утра? – возмутился дежурный милиционер на другом конце провода.

– Ах ты бля, мудак сраный! – рассвирепел Клим. – Ночник красноперый, падла легавая!.. Я тебе щас двух жмуриков в окно выкину, если ты, фуций мусор, не подашь мне к подъезду тачку, «волгаря»! Понял? И чтоб там были бабки, десять «лимонов» и водяры ящик... И я тебе больше, волк позорный, тарабанить не буду!

Обескураженный потоком обрушившейся на него брани, дежурный милиционер сдавленно произнес:

– Кто это говорит?

– Моя девичья фамилия – пошелтынахуй! – со злобой рявкнул в трубку Клим и швырнул телефонный аппарат в прихожую.

От криков и от грохота разбившегося телефона дочь хозяйки проснулась и начала плакать.

– А ты, спиногрызка, говнючка, заткнись! – возбужденно заорал Клим и тут же приказал хозяйке: – Тащи моего говнодава, да побыстрей! – Хозяйка принесла из ванной комнаты наполовину просохший ботинок.

– Одевайся, – сказал женщине. – И пацанку одевай.

– Куда мы пойдем?

– Похиляемся по бульвару, – гоготнул Клим, – а то я давно с телками не гулял.

– М...мы... – запинаясь, проговорила женщина. – Мы никуда не пойдем.

Клим посмотрел на нее с таким изумлением, словно перед ним стояла внезапно заговорившая валаамова ослица.

– Ты че? Ты че, молодка?.. Ты че хочешь, чтоб я твою соплю прямо тут завалил? – Голос его приобрел металлический оттенок.

В подтверждение своих слов он направил на девочку автомат.

Хозяйка квартиры вздрогнула и, не произнеся больше ни единого слова, стала покорно выполнять все, что приказывал Клим.

* * *

Наступил туманный, тяжелый рассвет. Милиционеры в оцеплении вокруг дома, в котором затаилась беда, сонно зевали и терли руками покрасневшие от напряжения и недосыпания глаза.