Расстрельный список

Со всех сторон нас обкладывали флажками, как волков. И только бескрайние просторы, отдаленность железных дорог и крупных трактов да отсутствие нормальной связи и разведки у противника позволяли нам двигаться вперед без серьезных столкновений. Ведь по-настоящему серьезный бой наше не слишком многочисленное войско вряд ли выдержит. Две сотни человек, один пулемет и недостаток патронов. Эх, об этом даже думать не хотелось.

Дни щелкали. Неожиданно неестественно похолодало, и ночью стало так зябко, что приходилось жечь костры.

Потом богато пролился давно уже забытый дождь.

– Значит, жарить будет скоро, – со знанием метеорологического дела оценил я.

– Как бы нас самих не зажарили, – Батько, уныло смотрящий на залитые дождем уголья костра, нахмурился.

– Иван Иванович, вот скажи, как на духу. Куда мы ломимся? Зачем? Раскрой стратегический замысел, будь добр.

– А, – только махнул рукой Батько. – У Коновода спроси.

– Он расскажет?

– Как же! Жди!

– Почему так?

– Потому что есть кто и повыше, кто за рассказы рассказывалку вырывает.

А вот это интересно. Но не время пока продолжать эту беседу. И я перевел тему…

Между тем наше воинство постепенно, но неуклонно разлагалось. В первое время, на гордости от роли защитников свободы родного края, еще удавалось как-то держать всех в руках. Но любое такое мятежное формирование, лишенное ясной цели, сурового командования, без казней дезертиров и мародеров, неизменно превращается в дикую орду с сопутствующими бесчинствами, грабежами и насилием.

Это лишь вопрос времени.

Коновод даже не пытался поддерживать должный порядок. Его все устраивало. А всплески его непредсказуемой и неконтролируемой ярости позволяли в случае необходимости обуздать войско. Его боялись и старались лишний раз не злить.

Моя шайка на этом фоне выгодно отличалась дисциплинированностью, целесообразностью и ощущением границ дозволенного. Примкнувшие ко мне «захисники», которых я привел с собой, конечно, не являлись образцом благочестия и организованности.

Но поскольку формально я за них отвечал, то принялся наводить и там хотя бы оттенок порядка. Пришлось начистить пару особенно наглых морд, что мне труда не составило. А одному беглому кулаку даже прострелил плечо, когда он потянулся к обрезу. Мои усилия окупились относительным порядком и даже зачатками дисциплины. Зачем мне так нужен был этот самый порядок? Да потому, что, когда все посыплется, именно он даст возможность уйти с минимальными потерями.