Разборка по-кремлевски

Я ведь не политолог, не политтехнолог и не эксперт по внутриполитическим проблемам России. Я просто рыбак. Впрочем, если хочешь – спрошу у президента насчет Карташова. Надеюсь, он даст мне исчерпывающий ответ.

– Ловлю на слове, – улыбнулась журналистка.

– Только на меня не ссылайся. Я в этом поезде хотя и лицо официальное, но далеко не публичное.

В дверь постучали. Не успела Тамара сказать «войдите», как дверь отъехала, и на пороге возник оператор Виталик. Его опухшее лицо и утренний перегар подсознательно навевали мысли о рассоле, холодном компрессе на лоб и ударной дозе «алкозельцера».

– Тамарка, у тебя пиво есть? – оператор, даже не взглянув на Бондарева, умоляюще впился глазами в телеведущую. – Или хотя бы граммов сто семьдесят водки?

– Я ведь по утрам такие напитки не употребляю.

– Черт, и в вагон-ресторан не пускают. И у проводницы ни хрена. То есть водка-то у нее есть, но тут до вечера сухой закон. Говорят, какой-то новый комендант придумал. Знал бы, что в такую бодягу попаду, никогда бы в этот забацанный поезд не сел! – оператор мученически протер виски, и тут его осенило: – Может, у тебя туалетная вода есть? Или.

– Свои любимые духи «Паола Пикассо» я тебе ни за что не дам. Семьдесят баксов флакончик, – отрезала Белкина.

– И это журналистская солидарность! – горестно засокрушался оператор. – Может, у тебя хоть какая-нибудь жидкость для смывания лака с ногтей найдется? Только без пульверизатора...

Ответить Тамара не успела – в нагрудном кармане Клима зазуммерила рация.

– Слушаю.

– Товарищ комендант президентского поезда, президент просил передать, что хочет вас видеть, – донеслось из мембраны.

– Иду, – Клим спрятал рацию и засобирался.

– Так ты тут – комендант? – искренне удивилась Белкина. – Звучит-то как... Комендант президентского поезда. Почти что «комендант Смольного» или «комендант Кремля». Эдакий Бонч-Бруевич...

– Да, комендант. И все пассажиры, согласно инструкции, обязаны меня слушаться, – Бондарев вышел в коридор, устланный ковровой дорожкой.

– Товарищ Бонч-Бруе... то есть комендант, – казалось, оператор Виталик сейчас опустится на колени, чтобы вызвать к себе как можно больше жалости. – Не могли бы вы...

– Поинтересоваться у президента насчет жидкости для смывания лака с ногтей? – улыбнулся Клим. – Как я знаю наверняка, наш президент по утрам такое не пьет. Он и по вечерам этого не пьет, я точно знаю.

– Пи-и-ива... – протянул оператор.