Пуля из дамасской стали

– Мы ему не нравимся? – чуть удивленно спросила одна из обитательниц этой лекарни, которая прислушивалась к их разговору, но, наверное, не понимала по-русски ни слова.

– Нравитесь, – по-арабски ответил Пашка. – только у моего друга проблемы. Его любимая девушка вышла замуж, и он сейчас немного не в себе.

– Как жаль, что она так поступила!.. – Красотка подошла к Журбину, бережно взяла его за руку и печально вздохнула. – Идем, ты мне сейчас все расскажешь, и тебе станет намного легче.

К воротам посольства они вернулись уже в сумерках.

Приятели шли молча. Но если Сашка испытывал массу самых разных противоречивых чувств, то его спутник был однозначно умиротворен и жизнерадостен.

– О чем мыслишь, Спиноза? – покосившись в сторону Журбина, неожиданно спросил Пашка. – Все еще считаешь, что наша поездка в лекарню была непростительной ошибкой?

– Разве я тебе об этом говорил? – Журбин пожал плечами. – Хотя… да, подловил ты меня здорово. Только интересно, для чего тебе это все понадобилось? Скучно было одному ехать поразвлечься?

Пашка коротко хохотнул и пояснил:

– Ты не поверишь, но я и в самом деле боялся, что ты застрянешь в своих переживаниях и в какой-то момент надумаешь отправиться к гуриям в мир иной.

Раз уж мы на Востоке, то куда еще может угодить новопреставленный? Только к ним. Так зачем уходить отсюда навсегда, если проще съездить к гуриям вполне материальным? Во всяком случае, я теперь уже на все сто уверен в том, что в петлю ты не полезешь.

Горяев, как раз откуда-то возвращавшийся, увидел их у входа в общежитие и недовольно окликнул:

– Эй, орлы! Где это вы так долго шлялись? Сказали же, что вернетесь засветло!

– Петр Михайлович!.. – голос Пашки звучал абсолютно серьезно и даже чуточку патетически. – Болезнь Санька имела столь глубокие корни, что два престарелых табиба, работая поочередно, еле смогли вернуть его к жизни. Но теперь он здоров как бык и готов совершить еще немало славных подвигов.

Правда, Саша?

Журбин хотел что-то ответить, но тут его неожиданно затрясло от дикого хохота. Судя по всему, это была своего рода защитная реакция на события минувшего дня. Горяев, ошарашенный столь странным взрывом эмоций, даже отпрянул назад. Сашка с немалым трудом утвердительно мотнул головой и поспешно удалился. Ему было бы неловко в этом признаться, но циничное, шарлатанское Пашкино лечение и в самом деле оказалось вполне действенным.