По следу каравана

Хоть в футбол ими играйте. Говорят, некоторые мины и снаряды при этом даже не взрываются.

– Что вы говорите?! Надо же... – Изобразив простофильское удивление, Лавров озадаченно покачал головой.

Рассмеявшись, офицеры обменялись приятельским рукопожатием, и Андрей в сопровождении Анатолия направился к стрельбищу. Дорога представляла собой обычную грунтовку, выщербленную траками танковых гусениц. То здесь, то там в траве были заметны не очень крупные – длиной со спичку – скорпионы. Невдалеке от дороги Лавров заметил вальяжно перемещающуюся пустынную черепаху.

По территории полигона расхаживали несколько прикомандированных сюда солдат, которые наводили порядок в капонирах, чинили на стрельбище оборудование.

– Капитан Михеев – отличный мужик, – прокомментировал шофер, шагая по хрустящей под ногами, сгоревшей от летнего жара кустистой полыни. – И по службе, и по жизни. Он живет на нашей базе, недавно получил там коттедж. Ну, вы, наверное, видели – есть там в жилом секторе базы целая улица типа небольшого поселка? Вот там большинство нашего командного состава и обитает.

Кто только прибыл – получают комнаты в офицерском общежитии. Кто-то в городе селится... Жилье в Кулябе недорогое.

– А ты свою будущую жену сюда собираешься привезти? – спросил Андрей, поддев ногой крупный осколок артиллерийского снаряда.

– Ну, ясное дело! Это что ж будет за жизнь, если я – здесь, она – там... – Анатолий пожал плечами. – Комнатеху сниму в городе.

Жилье себе я уже присмотрел. И место удачное – рядом с базой, и плата чисто символическая.

– А твоя избранница ехать сюда захочет? – В голосе Лаврова звучало явное сомнение.

– А-а, это вы, наверное, слышали историю, которая приключилась с майором Цариным? Так он себе жену привез аж из Москвы. Не знаю, где он ее там откопал... Девка была с понтами неимоверными. Я вообще не представляю, как она сюда согласилась ехать. А моя Нинка живет в моей родной Самоваровке, где ни работы, ни перспектив.

..

Как далее поведал Анатолий, он и на контрактную-то службу согласился только потому, что вся их тамошняя округа – в былые времена не бедный, черноземный район – за последние десятилетия обратилась в заросшую бурьянами, заброшенную территорию. Некогда многолюдные села опустели наполовину, а то и более того. Мужская часть населения постоянно околачивается на заработках в Москве, Питере, «на северах», женская уезжает в города.