Подводный патруль

– Полностью с вами согласен, – поддакнул мистер Говард, – поэтому давайте теперь перейдем и к моим интересам, коль ваши уже удовлетворены. Вам ведь нет разницы, какая компания будет осваивать океанический шельф?

– Никакой, – подтвердил Штайншвайгер, – только одно условие: эта компания должна быть американской.

– Ну-у-у, уж нас-то никак не заподозришь в сговоре с русскими. – Говард широко развел руки в стороны, давая понять, что более лояльного гражданина, чем он, в Америке попросту нет. – Так вот, – продолжал он, – наша компания, понятное дело, тоже имеет свой интерес в этом районе.

Только русские нас опередили. У них этими исследованиями занялось государство: и финансированием экспедиции, и глубоководными исследованиями, и геологоразведкой дна, и так далее. Умно и дальновидно. А у нас даже в совете директоров компании в большинстве своем сидят, извините, идиоты, способные только считать сиюминутную прибыль и не видеть дальше собственного носа.

– Ну, это случается не только у вас, – загадочно улыбнулся Швайнштайнгер, и военный моряк, соглашаясь с ним, кивнул.

– Мы планировали исследования, подобные тем, что проводили русские, – продолжал мистер Говард. – Правда, не раньше чем года через три-четыре. Но теперь совсем другое дело! Русский батискаф, который лежит на дне, упрощает ситуацию…

– И, как я понял, удешевляет? – поинтересовался Швайнштайнгер.

– Безусловно, – согласился нефтедобытчик, – зачем проводить столь дорогостоящие исследования, когда можно получить все данные у русских?

– То есть – забрать? – снова уточнил церэушник.

– И пробы грунта, и, что самое главное, русское ноу-хау – глубоководный бур, – продолжал Говард, не обращая внимания на реплики сотрудника из Лэнгли. – Я имел беседу с председателем правления нашей компании. Между нами. – Александер слегка понизил голос. – За содействие мне, а значит, в моем лице и нашей компании, вы будете щедро вознаграждены.

– Как щедро? – живо поинтересовался командир субмарины.

– Очень щедро, – ответил Говард, делая ударение на слове «очень».

 – Мне нужны пробы грунта и бур с русского батискафа.

– Ну, что же, – задумчиво произнес Швайнштайнгер после короткой паузы, – я думаю, что это в интересах Америки. Как вы полагаете, мистер Ричардсон?

– Полностью с вами согласен, – подтвердил старый моряк. – Батискаф лежит на дне. Воздуха у них осталось, по моим прикидкам, часов на двенадцать, пятнадцать. Никаких русских кораблей поблизости нет.