Подводное кладбище

– Поговорим в другой раз, – махнул рукой Кадура и побежал к трапу, ведущему на капитанский мостик.

В спешке он даже забыл о своем кителе – тот так и остался висеть на спинке шезлонга.

– Эй! – крикнула вдогонку Александра.

Но стармех не услышал ее. И тут в нагрудном кармане его кителя сработала рация. Александра узнала голос капитана. Говорил он по-португальски, требовал, чтобы Кадура ему ответил. Молодая женщина протянула было руку, чтобы взять рацию, но остановилась. Не стоит лезть в чужой карман.

Кадура взбежал на мостик. Саланта стоял к нему спиной и все еще требовал в рацию – ответить.

– Я здесь, капитан, – выдохнул Кадура.

– Где тебя черти носят? Сколько тебя можно звать? – нервно отозвался, разворачиваясь, Хосе.

– Часы остановились. Прошу извинить меня.

– Очень вовремя.

Судно «Вест Стар» шло ровно. В полукабельтове от него темнел силуэт португальского фрегата. Сирийский сторожевик пока еще не отходил. Его миссия должна была закончиться с выходом в нейтральные воды.

Солнце клонилось к западу. Его багровые лучи отливали на волнах. Становилось прохладно. Ветер усилился. Чайки с бакланами, одна птица за другой, покидали кильватерный след и летели к берегу.

Двое украинских матросов стояли на корме и изучали поведение пернатых.

– Ты смотри, какие падлы эти чайки, – проговорил приземистый матрос и глубоко затянулся сигаретой.

– Мозгоклюи долбаные, – согласился его рослый товарищ.

Приземистый выпустил дым, который тут же унес в надвигающиеся сумерки ветер.

– Все у них, как в человеческой жизни. Мозгов ноль, а ведут себя, как двуногие.

– Птицы тоже двуногие, не только люди, – философски заметил рослый.

– Я о другом говорю. Я о психике. Вот смотри, есть среди пернатых трудяги. Они честно ныряют, выхватывают рыбу и устремляются к нашему судну, чтобы тут спокойно ее раздолбать и проглотить. Но существует и другая категория – халявщики. Они кружат и высматривают, кто и что поймал.

Договорить приземистый не успел. Что-то сильно громыхнуло в недрах «Вест Стар». Даже палуба ощутимо содрогнулась.

– Где это? – вырвалось у машинально вцепившегося в леер рослого.

– Кажется, в силовой установке.