Первая пуля – моя

Лишь загадочно улыбнулась и пожала плечами, дескать, понимай, как тебе удобнее.

– На вашем месте я бы обратилась к врачу. Вы так ударились головой, что могли получить сотрясение.

– Я сам доктор. И лечить больные головы – моя специальность… Кстати, а куда подевались ваши обидчики? Неужели я их так напугал?

– Вполне возможно. Они те еще трусы! – Девчонка отпустила его запястье и посмотрела на часы. – Пульс в норме, жить будете… Кстати, забыла сказать вам спасибо. Но, честное слово, не стоило вмешиваться. Теперь я чувствую себя виноватой… – Не договорив, она повернулась к окну – среагировала на шум машины.

Олег не успел ничего сообразить, как незнакомка выпорхнула из-за столика и скрылась в проеме двери. Ну не бежать же за нею, в конце концов? Тяжело вздохнув, он повернулся к Петьке:

– Ну разве это не свинство? Я ее, можно сказать, от верной смерти спас, и вот тебе – черная неблагодарность.

– Неизвестно, кто кого спас, – вдруг вмешалась в разговор молчавшая до этого официантка.

– Что значит «неизвестно»? – Олег вопросительно посмотрел на Петьку. – Ну-ка, выкладывай, дорогой коллега, что тут произошло, пока я находился в коме. Прилетели марсиане и вырубили всех неофашистов?

Вместо того, чтобы ответить по существу, Петька понес какую-то чушь:

– Прости, Морозов, я вел себя, как последний подонок… Но я в самом деле не умею драться… Я так испугался, когда они стали тебя молотить… Думаю: «Олежке точно кранты!»

– Извинения прибереги для своей распрекрасной Аллочки, – перебил Олег.

– Все случилось так быстро… – Петька на мгновение замолчал, а затем продолжил с воодушевлением: – Короче, когда эти сволочи стали тебя избивать, девчонка вернулась. Раз-два, и эти придурки оказались на полу. Она, скажу тебе, настоящий Шварценеггер в юбке. Владеет приемчиками рукопашного боя получше спецназовцев.

– Что ты несешь? – растерялся Олег. – Какие спецназовцы? Какая девчонка?

– Ну эта, которая только что на такси укатила… Представляешь, с двумя запросто справилась: у того, который тебя уложил, вывих правой, у второго – выбито два передних зуба. Когда явились охранники, вся грязная работа была уже сделана. Им оставалось только разогнать остальную шушеру… А фашистики улепетывали отсюда с космической скоростью. Только пятки сверкали.